По сравнению с нами, даже с Грегом, Клод выглядел «заблудившимся в лете». На нём был только серый свитер, хорошо отглаженные брюки и осенние кожаные туфли.
– Доброго всем утра! – поприветствовал нас колдун. – Прошу за мной!
Господин Оди пошёл по улице вдоль здания театра. Мы переглянулись, но спорить или спрашивать что-либо не стали.
– Друзья мои, – сказал Клод, когда мы подтянулись к черному входу в театр. – Думаю, все вы понимаете, что наш Круг не стал бы таким сильным без поддержки извне.
Я заметил, как Грег на мгновенье напрягся. Только лишь на мгновенье. Целитель о чем-то догадывался? Мира поджала губы, накрашенные помадой цвета шоколада. Таня удивлённо посмотрела на меня. Я же внимательно слушал Клода.
– Дима, – обратился ко мне учитель. – Ты был в курсе, что мне помогают крупные силы, – и уже ко всем. – Настало время познакомить с ними всех вас.
– Почему так рано, Клод? – поинтересовалась Мира. По сравнению с её меланхолично-замкнутым обликом, голос был звонким и тёплым.
– Потому что, девочка моя, для каждого дела есть своё время, – француз выглядел спокойным и дружелюбным. – Прошу вас, не задавайте лишних вопросов. Вы скоро всё узнаете и поймёте. А теперь, за мной.
Он первым зашёл в театр. Ничего не понимая, мы двинулись за ним. Сначала Мира, за ней Таня, потом я. Шествие замыкал Грегор. Странно, целитель не казался напряжённым, не колдовал, но я явно что-то почувствовал с его стороны.
Мы шли по узкой лестнице вверх, туда, где ждали таинственные покровители нашего Круга.
4
Театр – это гордость нашего городка. Большой с несколькими залами. На его сценах выступали актёры не только местной труппы, но даже заграничные коллективы. Как любитель классики и культуры в целом, я не раз бывал здесь.
По запутанным ходам мы, наконец-то, вышли на сцену. Помнится, именно тут проходил балет «Лебединое озеро» год назад. Постановка «советской» версии, где добро в лице Зигфрида, побеждает зло, представленное Ротбартом, мне не слишком-то нравилась. Не было той трагичности, полноты чувств. Хотя, людям пришлось по вкусу. Народ у нас такой, до последнего верит в бесплатное и абсолютное чудо. Меня же окрыляла сама только музыка Чайковского.
Сейчас свет был приглушён. На сцене возвышался большой круглый стол. Его украшала яркая алая скатерть. В центре стояли кр
– Мило. Почти по-домашнему, – хихикнула Таня.
Зрительный зал тонул в темноте. Если кто-то там и был, нам его отсюда не разглядеть. Грегор поёжился. Тоже предполагал, что за нами наблюдают.
Первой на мягкий стул опустилась Мира. Она с независимым видом скинула шарф, расстегнула куртку.
– Чего стоите? – бросила она нам. – Круг не так уж часто собирается вместе. Грех не воспользоваться таким обстоятельством!
Мы расселись. Стулья, и впрямь, оказались удобными. Один минус – нет вешалок. Поэтому никто из нас верхнюю одежду не снял. От этого создавалось впечатление небрежности и кратковременности встречи, с кем бы она ни была.
Оставался один незанятый стул. Место, между мной и Клодом.
Когда наше общее терпение начало кончаться, я уловил тонкое завихрение силы. Это не было магией. Что-то другое. Как если сравнивать врождённую харизму с приобретённым ораторским искусством. И первое, и второе – залог, что к тебе потянутся люди. Так и тут. Не магия, но управляет силой.
Как я и предполагал, из темноты зала появился человек. Он был крепкого телосложения, но не полный. Длинные золотистые волосы, перехваченные алой лентой в хвост, перекинуты через плечо. Дорогой чёрный костюм пошит явно на заказ. Всё идеально.
Человек прошёл на сцену. Неспешно приблизился к нам. С интересом оглядел каждого из присутствующих. Клод поднялся ему навстречу.
– Доброго утра, Марк! – француз пожал руку незнакомцу, тем самым показывая, что мы можем доверять этому щёголю.
– Рад видеть тебя, Клод! – голос у мужчины был приятным, певучим, бархатным. Почти, как мой, только… сильнее. Именно от этого человека исходил слабый аромат врождённой магии, что я почувствовал минуту назад.
– Господа и дамы, надеюсь, вам понравился приём? – тот, кого Клод назвал Марком, опустился на единственно свободный стул. Рядом со мной. После него на своё место сел и Клод. Меня почему-то обдала волна холода. Что-то в этом типе меня смущало.
– Ничего так, – буркнула Мира. – Радушненько. Только пить по утрам – дурной тон. – Она ткнула пальцем в бокал с шампанским. – А так всё миленько. На троечку сгодится.
Марк посмотрел на неё снисходительно, как на маленького ребёнка, затеявшего шалость.
– Я так понимаю, – начал Грег, придирчиво оглядывая Марка, – вы нам всё сейчас объясните.
– Разумеется. Меня зовут Боргезов Марк Витальевич. Вас всех я уже знаю. Мы давно и успешно ведём дела с господином Оди, и что происходит в Круге, для меня не секрет.
Вот так-так. Неужели, Клод рассказывал о наших делах чужаку? Интересно, зачем? Ослу понятно, этот человек не просто прохожий. Кто же он?
