Шепот бессмертных (СИ) полностью

– Вот трезвое мнение об этой особе с небольшими рожками. Она: раз – эгоистичная, два – скрытная, три – лицемерная натура. И, что самое отвратительное, у меня возникло чувство, будто она читала мои ощущения, как книгу. Реагировала даже на невысказанные эмоции.

– Ничего удивительного. Мира – эмпат. Твои эмоции она ощущала, как свои.

– Раньше сказать не мог?

– Я говорил, что в Круге есть эмпат.

– Да, только я думала, что это Грег.

– Почему? – женская логика всегда ставила меня в тупик. – Разве я говорил, что Грег эмпат?

– Нет, ты сказал, что он целитель. А как целитель может без эмпатии?

– Не знаю. Я не целитель.

– Вот и хорошо. Не люблю целителей. Слишком они… – Таня недовольно засопела, – мягкие.

– А колдуны? – я улыбнулся.

– Не набивайся на лесть, Димка! – меня шутливо пнули коленкой. – Кстати, Грег тоже колдун, если вдуматься. Как и я, как и Мира.

– В общем, да, – я согласно вздохнул. – Всё зависит от направленности и дара. Грег колдун, но дар у него – исцелять. Ты и Мира – колдуньи с даром обортничества.

– И какой дар или направленность у тебя? – вкрадчиво поинтересовалась Таня.

– Хм, меня учил Клод, – я задумался, окунаясь мыслями в прошлое. – Он связал себя с ритуальной магией. По идее, я тоже должен стать ритуальным магом. Но мне так не хочется возиться со всякими инструментами, заклинаниями… – Я осёкся.

В памяти всплыли подробности недавнего ритуала по призыву. Ни один колдун на свете на голом намеренье не сможет призвать ангела. Ритуальному магу стоит собрать нужные ингредиенты, подобрать правильные формулы, вникнуть в суть заклинания и объединить всё это со своей силой. Вуаля! Ангел на блюдечке! Ну, хорошо, не на блюдечке, а в круге. Результат, всё равно, достигнут.

– Разве колдовство и ритуалика не одно и то же? – отвлекла меня от мыслей Татьяна.

– Не совсем, – чуть погодя, ответил я. – Колдовство – это любое твоё действо, твоя воля, которую ты выплёскиваешь в мир, и мир меняется. В ритуальной магии тебе обязательнопридётся точно выполнять созданные до тебя ритуалы, вызубрить заклинания и формулы. Без них ты ничегоне сумеешь. Это и есть отличие.

– Почти, как в кулинарии. Не добавишь сахар, и пирог превратится в запеканку.

– Замечательное сравнение! Не так произнесёшь заклинание, и сама обернёшься кучкой пепла.

– Даже так?

– Если взять некоторые ритуалы… то это самое хорошее, что может случиться с магом.

Я не преувеличивал. Всего лишь рассказывал то, что слышал от Клода. Ему я верил. Он в ритуалике не один десяток лет.

– То есть, ты не определился, куда тебя тянет. – Подытожила молодая колдунья.

Усмехнувшись, я погладил её пальцы, лежащие на моей груди.

– Занимайся, чем хочешь. Только не становись целителем. Это очень скучно! – девушка чмокнула меня в плечо.

– Договорились!

– Дим, я всё же хотела узнать кое-что, – снова потеребила меня Таня.

– Слушаю, – я скосил на неё взгляд.

В свете улицы, пробивавшемся через окно, глаза Татьяны посвёркивали желтизной. Мистическое зрелище!

– Мира тоже оборотень. Ещё она эмпат. А есть ли у меня скрытые…гм, таланты?

Я так и не смог прочесть по её лицу, она смущается, обижается, завидует или боится.

– Думаешь, ты бездарна и кроме оборотнических способностей в тебе ничего нет? – уточнил я, весело вглядываясь в её белое лицо.

– Ну-у, нет…

– Не волнуйся! – не удержавшись, я поцеловал её. – Каждая колдунья делает себя сама. Если есть способности, они обязательно проявятся. Тебе нужно запастись терпением.

– Блин! – отозвалась девушка. – Как же ты похож на Ксанку! Она тоже твердила о терпении.

Отвернувшись, я поморщился. Каждый раз, как Таня произносит имя своей подруги, моя шея начинает болеть, а руки так и чешутся придушить эту чертову ангелицу!

– Тань, – я не выдержал. – Вот о ком, о ком, но о Роксане я с тобой в постели говорить не намерен! Пойми, она – земной ангел. То есть, враг! Если вы с ней встретитесь, она тебя попытается… – некстати выплыли воспоминания об ангеле-мальчишке в подвале у Клода, – …убить. Вы по разные стороны баррикад. Так яснее?

– С чего ты взял?! – она тоже вспылила. – Ксанка была моей подругой с самого детства. Ты даже не догадываешься, что нас связывает! Я никогда на неё не подниму руку! И она на меня – тоже! Да, у нас много противоречий! Мы могли ругаться, а потом не общаться месяц, но всегда мирились. Пойми, она мне как сестра! Вообще, вся эта война колдунов с ангелами выеденного яйца не стоит!

– Из-за твоей «как сестры» Грег мою шею заново склеивал.

– Это из-за других бессмертных! Они её настроили против тебя.

– Так что им мешает настроить её против тебя? – вкрадчиво прошипел я.

– Нет! – решительно ответила Таня. – Я верю Ксанке. А она верит мне!.. – уже тише девушка прошептала, – надеюсь, что верит.