– Так х-холод-дно! – Возразила я, пытаясь сделать так, чтобы зуб на зуб всё же попал. – Это у т-тебя ф-фа-милия мор-р-розная, ты и н-не м-мерзнешь.
– Хорошая у меня фамилия, – Криспиан открыл дверь и буквально втолкнул меня в дом. – А вот ты, судя по фамилии, Свон[8], должна до мая сидеть на экваторе.
– Прямо-таки на экваторе? – Переспросила я, наконец-то переставая дрожать. – Сейчас Смелую позову, и будем вместе с ней сидеть. Раз вы тут такие… фростовые.
Убедившись, что мои руки согрелись, а нос перестал быть синим, Крисп снял с меня свою тяжелую куртку. Помог снять и мою.
Дома везде горел свет. Не успели мы с ним зайти, как тут же услышали громкие голоса… да что там, вопли! Из гостиной.
– Спорим, это наши оборотницы выясняют, чья тут территория? – Подмигнул колдун. – Я её подержу, а ты сделаешь, что обещала.
– Сейчас разберёмся, – угрюмо пообещала я, входя в комнату.
Нас никто и не заметил. Мира и Таня стояли друг напротив друга у разных стен комнаты и наперебой обласкивали друг друга забавными, а порой и тяжёлыми эпитетами. Всё это сопровождалось легким потрескиванием воздуха и спокойным взглядом Грегора поверх книги, которую он читал.
– Что тут произошло? – Криспиан подошёл к брату, тот, мельком кинув взгляд на бушующих фурий, ответил.
– Как всегда. Чего-то не поделили.
– И ты не попытался их разнять? – Удивилась я, взглянув на Грега.
– Если попытаюсь разнять – буду крайним. Пусть сами разбираются.
Тут в диалоге проскользнуло «кошка безмозглая», а затем «ангельша-дура», и мой глаз дёрнулся.
– Хватит, – пока ещё шёпотом попросила я. Кто б меня услышал. Ну, хорошо.
Я призвала на помощь оставшуюся где-то в глубине моего существа силу. Сложила руки на груди в молитвенном жесте, а затем резко выстрелила ими в стороны. Вместе с тем, ссорящихся колдуний прижала к противоположным стенам.
– Минуту внимания, – проговорила я, тяжело глядя на одну, потом на другую. – Мира, – я «ласково» глянула на девушку с тёмно-русыми волосами, безрезультатно дёргающуюся под моей сапфировой сетью. – Я предупреждала, если будешь оскорблять тех, кто мне дорог, я из тебя душу вытрясу? Предупреждала. Не обессудь. – Следуя моей мысли, сапфировое облачко накрыло лицо оборотницы и та, сделав глубокий вдох, уснула. – Таня, – на подругу я посмотрела гораздо мягче, зато с укором. – Ты поддаёшься провокациям. Нельзя же так. Особенно сейчас. Мы должны быть едины, если хотим победить Боргезова! А ты…
Вздохнув, я бессильно опустила руки.
– Грегор, – я вяло оглянулась на чуть встревоженного целителя, который тут же оказался рядом со сползающей по стене Мирой. – Извини. Она уснула и проспит до завтрашнего утра.
– Ей это полезно, – чуть раздвинул губы в улыбке колдун. – Я понимаю.
– Тань, – я посмотрела на слегка испуганную подругу. – Тоже прости. Просто накатило, когда я вас тут увидела в такой глупой ситуации. А дальше меня назвали «дурой»… Не сдержалась.
– Ладно тебе, – кисло улыбнулась Таня. – Я б тоже не сдержалась. Пойду-ка я наверх. Никто не возражает? Вот и хорошо.
– Тебе тоже не мешало бы отдохнуть, – произнёс Крисп, когда в который за сегодня раз мы остались один на один. – Вид, как у поганки.
– Знаешь, Криспиан. Я наблюдала за твоей речью и сделала очень интересный вывод. – Наклонив голову, я смерила его высокую фигуру насмешливым взглядом.
– И какой же? – Не удержался, спросил Крисп.
– Ты полностью обрусел.
– Чего-чего? – Я не смогла сдержать улыбки, когда лицо англичанина вытянулось.
– Грегор зачастую не понимает обычного русского юмора. А когда нервничает, то в его выговоре явственно проскальзывает акцент. У тебя не так. С тобой я разговариваю, не боясь, что ты не поймёшь моих речевых оборотов. Это здорово!
– Речевые обороты я понимаю, – прищурился Криспиан, – тебя же – вряд ли.
– Это очень сложная задача. Я сама себя иногда не понимаю. Неважно, – махнула я рукой, направляясь в кухню. – Пойду, чайку попью.
В этот раз Крисп за мной не последовал, а, судя по тихому шелесту шагов, направился наверх. Вот и славно. Сейчас мне, как никогда за все те дни после ранения, захотелось побыть в одиночестве. Таня в таких случаях говорит, будто я отгораживаюсь чёрной скорлупой от мира. Пусть. Мне-то уютно и хорошо. Мир без меня как-нибудь проживет, я думаю.
Взяв в руки горячую чашку, я поднесла её к лицу. Ах! Как же хорошо стоять перед тёмным окном с горячей чашечкой травяного чая, смотреть на проглядывающие сквозь разрывы в тучах звёзды, и не думать ни о чем. Просто созерцать и наслаждаться.
Приятный вкус чая, что собирала сама Кирана, успокаивал душу и наполнял силами тело. Впервые за несколько дней я, наконец, расслабилась. Сейчас для меня не существовало никаких проблем. Сплошное спокойствие… если б не этот взгляд в спину.
Что такое? Таня решила-таки со мной поболтать по-дружески? Или мои извинения за грубые магические действия не приняты?
– Я не в настроении. Может, потом? – Не оборачиваясь, промолвила я.
Взгляд уколол какой-то насмешкой. Передёрнув плечами, я развернулась и окаменела.
