Прямо передо мной парила вытянутая сероватая тень, состоящая будто бы из клоков тумана и пыли. От неё исходили страшные волны голода, которые, в свою очередь, будили во мне дикий ужас. Гость уставился на меня бесцветными почти белыми глазами. Вместо рта, как и в прошлый раз, зиял чёрный провал. Теперь я разглядела и руки призрачной фигуры. Они казались неестественно белыми и тонкими, словно кости скелета, обтянутые бумагой.
«Земная, сыграем? – Донеслась до моего сознания холодная мысль
Вёрс, Кирана! Где же вы, когда так нужны?
От бессильного ужаса всё моё тело онемело. Даже сердце забыло, как стучать и гнать кровь по артериям и венам.
Края туманной фигуры снова развевал нездешний ветер.
«Сегодня ты сделала свой ход. – Его костлявый палец едва не коснулся моего лица. – Теперь моя очередь. Чую, игра будет полной чувств… как танец. Станцуем, земная?»
С этими словами не-людь растаял в воздухе, как клок тумана. Моё сердце ожило и, будто стремясь загладить вину за простой, с бешенной силой заколотилось где-то у самого горла.
Не разжимая сведённых судорогой пальцев с чашки, я бессильно сползла по стене, при этом больно ударившись локтем о подоконник. Из глаз полились безмолвные слёзы. Что ж такое? Я ведь обещала себе больше не плакать? Не жаловаться… Не сдаваться.
– Вёрс! Кирана! – Просипела я пропавшим голосом. – Вёрс!!! Кирана!!! – Закричала уже в полное горло… Но никто не появился. Ни через минуту, ни к полуночи, ни к рассвету.
6
Абсолютная тьма заполняла комнату. Ни проблеска из-под опущенных штор, ни щёлочки света от двери. Даже где эта самая дверь – не ясно.
В руках я сжимала диск, и без всяких плейеров и наушников в моё сознание лилась музыка. Эта не знакомая мне композиция вселяла покой и уверенность. Наверное, Дмитрий использовал её, как я свечу, как маяк – гарант безопасного движения к цели. Или иначе?
Музыка кружила, вела меня куда-то, пока, наконец, не стихла. Тогда я осталась одна. Снова в кромешной тьме. Снова в холоде. Но тут всё стало меняться. Медленно, осторожно в мире проявились краски. Сначала тусклые, потом они разгорались всё ярче. Чуть погодя, я увидела грунтовую дорогу, покрытую снегом со льдом. По бокам её тянулись небольшие саманные дома. Один, перед которым я стояла, выделялся ярким голубым цветом, новенькой крышей и железным синим забором. На доме значилось «Первомайская 7».
Полдела сделано. Теперь бы узнать, что за населённый пункт. Где-то недалеко…
В дверь настойчиво постучали.
Я постаралась не обращать внимания, и продолжала концентрацию на поиске Димы. Да только в дверь постучали ещё сильнее, а потом донёсся голос:
– Рокси! Рокси, открывай! У тебя всё хорошо?
Такую настойчивость мог проявить только один человек. Я медленно открыла глаза, возвращая своё сознание в тело. По тёмной комнате блуждали сапфировые блики. Но стоило мне засмотреться на них, они стали меркнуть. Кажется, это отголоски моей возвращающейся силы бессмертной.
Тут дверь всё-таки открылась, и в комнату влетел настороженный Крисп. Он быстрым взглядом окинул почти исчезнувшие, но всё также блуждающие синие блики и подошёл ко мне.
За его спиной в открывшийся портал дневного света клубами вывалилась тьма, что так уютно обнимала меня. По этому яркому свету, я поняла, где-то полдень. Что ж, не плохо.
Я по-прежнему сидела на кровати. В этот раз мне не нужна была свеча, и можно было расположиться не на холодном полу, а чуть повыше.
Мне всё ещё сложно было прийти в себя. Ошмётки сознания от такого резкого возвращения, витали где-то рядом. Я чувствовала себя крайне заторможенной.
Криспиан направился к окну, чтобы расшторить его, но я протестующее замычала. Тогда он присел рядом, стараясь заглянуть в мои туманные глаза.
– Что тут произошло?
Потом он увидел сжатый мной диск, попытался взять его из моих рук, но и этого я не дала.
– Я нашла его. – Чуть придя в себя, сообщила я. – Я знаю, где Дима. Поможешь мне?
Колдун ничего не ответил. Он всё же забрал у меня диск, положил в новую коробку, взамен той, что раскололась вчера.
– Мы решили поодиночке никуда не ходить, – заметил он, как бы принимая мою просьбу. – Но есть одно дело.
– Срочное? – Я взяла свою сумку, проверяя, всё ли на месте, что мне может потребоваться.
– Утром приходил небесный. Твой наставник. Он попросил передать тебе, – Крисп протянул свёрнутый трубкой листок, перевязанный синей лентой.
– Что это такое? – Недоумённо покосилась я на небольшой свиток. Поколебавшись, взяла его. – Вёрс больше ни о чём не говорил?
– Нет, – отрицательно мотнул головой Крисп. – А должен был?
Резко отвернувшись, я ответила чуть поспешней, чем надо было:
– Нет. Если больше ничего не сказал, значит, не надо. – Я сразу перевела разговор на другую тему. – Сможешь взять машину Вёрса? Нам нужно съездить за Димой.
Криспиан поднялся. Он сделал несколько шагов к двери, потом оглянулся и вымолвил:
