Я пытался снова уловить мелодию, но безуспешно, видимо. Выступление подошло к концу, потому что звучали вялые аплодисменты незаинтересованной публики. К микрофону подошёл ведущий и начал кого-то объявлять.
— Так, скоро мой выход, мне надо идти. А ты тут пока посиди, не скучай сильно, мы ещё побеседуем после.
Сильвер ушёл, прихватив с собой небольшую папку с торчащими из неё листками, один из которых выпал. Но он не обратил на это ни малейшего внимания, потому что пулей умчался за так называемые кулисы. Я поднял лист, чтобы отдать горе-собеседнику, но было поздно — его и след простыл. Оставив потерю на столе, я хотел было расплатиться за выпивку, к которой даже не соизволил прикоснуться и пойти домой, но взгляд невольно упал на тот самый лист. Вернее на слово, которое было там написано. Среди еле разборчивых каракулей большими буквами чётко выделялось слово «анемо» — несколько раз обведённое и подчёркнутое, как будто самое важное в данном тексте, возле него было несколько вопросительных знаков. Он тоже ищет… Возможно уже что-то нашёл или знает. Голова снова начала жутко трещать, словно внезапно включилась профилактика. Я всё же залпом осушил стакан спиртного, который официант принёс на нелепой поставке в виде штампа. Не знаю, что за пойло это было, но после того как выпил я уже ничего не помнил.
Проснулся я уже в своей квартире каким-то волшебным образом. Голова была свежая, как будто и не пил, но что со мной произошло после того злополучного стакана, я хоть убей, никак не мог вспомнить. Некоторое время я сидел, пытаясь хоть что-то вспомнить, но всё было тщетно. В итоге голова начала снова болеть, и я завалился на кровать. Укрывшись с головой одеялом, я снова провалился в сон. Во сне я увидел девушку в белоснежном как облако платье, на ней была надета причудливая шляпка, которая скрывала большую часть лица из-за огромных размеров, что казалось, будто она под зонтом. Она сидела на поляне и плела венок из цветов, мурлыкая какую-то песенку, затем надела его на голову юноше, голова которого покоилась на её коленях. Безмятежная и умиротворённая атмосфера царит между ними, нежность и тёплые чувства. Потом, словно в фильме, переключается сцена, и девушка пытается сбежать. Убегая от погони, она призывает дождь, дабы остаться незамеченной, ей это удаётся и в итоге она вновь воссоединяется с возлюбленным. Они проводят вместе ночь и хотят сбежать, обговаривая план побега. Наутро беглецов обнаруживают. В наказание юноше обрезают крылья и сбрасывают с небесного обрыва на глазах у возлюбленной. Девушку запирают в тайном саду, там она днями напролёт плачет. В итоге слёзы застилают её глаза, и она больше не может ничего видеть, они стали подобно туману, сквозь который не может проникнуть девичий взор.
К убитой страданием девушке подошла девочка с полной корзиной цветов и вручила ей веточку.
— Что это? — спросила девушка, осторожно ощупывая стебель.
— Это для тебя. Вдохни его аромат и тебе станет легче.
Девушка склонилась над цветком и вдохнула его аромат.
— Какой приятный запах. Что это за цветок?
— Это асфодель, что означает забвение…
После этих слов девочка исчезла.
Девушка осталась жить в потайном саду, выращивая цветы и ухаживая за древом жизни. Она открыла лавку в мире людей и спокойно существовала между двумя мирами, выступая связующим звеном по высшему настоянию. Девушка не помнит печали, она не испытывает больше никаких чувств. И лишь слёзы текут у неё почему-то вместе с дождём, будто она чувствует что-то давно забытое и знакомое.
— Что я только что увидел?!
Подорвавшись словно от кошмара, весь в поту я пытался сообразить, что только что видел. Это был не сон. Потому что было слишком явно для сна, я словно бы увидел чьи-то воспоминания, очень давние и сокрытые.
Дверь с шумом распахнулась, и передо мной предстал Астарот во всей своей красе, как всегда, с высокомерным взглядом, будто он делает великое одолжение, что посещает мою никчёмную тушку. Я молча смотрел на него, а он — на меня. Наверное, за всё то время, что я его знаю, я впервые так внимательно его изучал. На самом деле Астарот был очень красив, если бы не скверный характер, думаю, он бы пользовался огромным успехом у женщин.
— Чего уставился? Достало таскаться за тобой, знаешь ли. Какого… ты вообще смылся от Кармы? Шевели поршнями, тебя Лилит видеть хочет.
— А ты чего теперь у неё на побегушках?
— Да три раза прям! Должок за мной был, вот я выполнил просьбу — твоё бренное тело ей приволочь надо.
— А я никуда не хочу, мне и тут неплохо. Голова болит, не пойду никуда.
— Не советую…
— Что?
— Меня нервировать. Я хоть и выгляжу спокойным, но до поры до времени, знаешь ли.
— И что, опять будешь меня Асмодеусом запугивать? Уже как-то не интересно, знаешь ли.
Последние слова я сказал с издёвкой, передразнивая собеседника.
Астарот приблизился ко мне и за ногу стащил с постели, потом как мешок перекинул меня через плечо и мы оба растворились в воздухе как пыль.
Мы оказались в одной из комнат Лилит, после чего меня так же мешком бросили на пол.
