– Да никак, он сам успокоился. Наверное, мэтр правильно предположил, что все эти заезды у него усиливались после пребывания в собственной спальне, рядом с той фигней, зашитой в подушку, и прекращались через некоторое время, если он от этой подушки уходил. К тому же он очень хорошо ко мне относится и даже испытывает глубокую благодарность за ту памятную ночь.
– Да, – улыбнулся король, – представляю, что бы с ним было, если б меня убили у него в гостях.
Он произнес это с такой простотой и непринужденностью, что Кантору стало даже немного не по себе, и он тут же вспомнил замечание его величества насчет самообладания. Действительно, он после последнего приключения совершенно разучился сохранять лицо и хладнокровно воспринимать некоторые вещи… Впрочем, это началось еще раньше, после охоты на ведьму, из-за чего Кантор, собственно, и решил завязать с ремеслом убийцы. Но очень неприятно сознавать, что душевная слабость еще и прогрессирует к тому же… Нет, надо что-то делать, как-то за себя взяться, привести себя в чувство и вообще…
– Как он сейчас? – спросил он, пока король сам чем-нибудь не заинтересовался.
– Александр? Не знаю. Я с ним не виделся. Пусть немного поправится, опомнится. Сейчас мой визит его только расстроит. Ему сообщат, что я на него не в обиде и уезжать уже не собираюсь, а объясниться можно и позже.
– Если не секрет, – продолжил расспросы Кантор, отставляя тарелку и приступая ко второму блюду, – как продвигается ваше расследование?
Шеллар вздохнул и уныло уставился на окружающее изобилие, как бы выбирая, чем продолжить трапезу.
– Как похоронная процессия, – сказал он, остановившись наконец на крошечных мясных рулетиках в белом соусе, – медленно и печально. Ничего толкового мы там не нашли, да и глупо было надеяться, что отыщем. Стрелок на скалах был не глупее тебя и следов не оставил, разве что стрелы, но их можно купить где угодно. А шесть налетчиков оказались всего лишь варварами с северных островов и о личности своего нанимателя мало что знали. Их и наняли-то потому, что цивилизованные граждане, пусть даже убийцы, с подозрением отнеслись бы к предложению убить короля, а эти господа имеют столь ничтожное понятие о нашей цивилизации, что им можно насовать за уши чего угодно.
– Однако тот, которого уделал Савелий, вполне понимал, на что шел, – возразил Кантор. – И то, что вы король, его не остановило.
– Бывают и такие оригиналы, – согласился король. – Но редко. Может быть, он счел это вызовом своим способностям или имел ко мне какие-то личные счеты, а возможно, им управляли с помощью магии или обычного низменного шантажа… В любом случае это из ряда вон выходящий случай. Наемные убийцы не любят связываться с громкими политическими делами, они тоже не дураки и понимают, что после столь шумного дела исполнителя почти со стопроцентной вероятностью ликвидируют. Возможен еще один вариант – он и сам не знал, кого ему заказали. А еще у меня есть подозрение, что убийца взялся за эту работу потому, что это было не совсем убийство, а вроде как… подготовка. Как объяснил мне мэтр Истран, яд, который для меня предназначался, настолько замедленного действия, что вообще не подействует, пока не будет применен катализатор. Хотя мне как-то непонятно, зачем было строить такую сложную схему, если на том же пляже меня спокойно, не выпендриваясь, можно было застрелить или воткнуть кинжал в спину… То ли убийца был так ценен, что ему давалась возможность уйти, то ли на этом собирались кого-то подставить, то ли мой придворный маг чего-то не договаривает. Подозрительно, что даже Морриган не смогла определить этот мистический катализатор… В общем, отрабатывается несколько версий, но о результатах говорить рано. Разве что ты подкинешь свежую идею?
– К сожалению, – пожал плечами Кантор. – Ни на что умнее, чем заподозрить свое родное правительство, я не способен.
