Полли не представляла, как богатой девочке может быть скучно, и удивленно посмотрела на нее.
— Но миссис Эшби говорила, что у вас было много друзей, и потом, разве у вас не было пони? Я еще слышала, что миссис Эшби упоминала о том, что вы ходили на балы и преподавали в танцевальной школе. По-моему, у вас совсем не было времени скучать. — Полли отдала бы все, чтобы хоть на один день стать такой, как Амелия Дивайн.
— Мне было жалко слуг, им приходилось много работать. — Сара немного растерялась. Она больше ничего не могла придумать. Бетти все еще смотрела на Сару. — Если тебе не нужна моя помощь, я пойду домой, — обиделась девушка.
— Я этого не говорила, мисс Дивайн. Я просто думаю, что это неправильно, что вы делаете мою работу. Если бы вас увидела миссис Эшби, она бы рассердилась на меня.
— Вот почему я помогаю тебе, когда ее нет дома.
Сара снова взглянула на соседний двор. Бетти продолжала смотреть на нее.
— Наша любопытная соседка разглядывает нас, она может рассказать все тете, поэтому я лучше пойду, Полли. — Сара направилась к дому. Полли помахала Бетти и снова принялась развешивать белье.
— Вы знаете, зачем мы пришли, Дэннис, — начала Эдна, когда они пришли домой к врачу. Доктор Томпсон как раз хотел идти к Перси Киркбрайту, который поранил ногу, собирая урожай.
— Да, Эдна, и я не знаю, что вам сказать. Амелия кажется очень милой девушкой, и хотя она немного нервная и замкнутая, она неплохо справляется, учитывая, что недавно потеряла свою семью. Я ожидал, что она вообще не может сохранить самообладание, особенно когда я или Фелисити спрашивали о ее родителях или погибшей служанке, но она вела себя хорошо.
— В этом-то все и дело. Она… держит все в себе, это какая-то нездоровая реакция. Она не желает говорить о родителях, но не плачет и не хандрит.
— Этому можно только порадоваться. Пожалуйста, заметьте, что люди справляются со своим горем каждый по-своему.
— Возможно, вы правы, но она очень нервная девушка, совсем не похожа на ту Амелию, о которой говорила в своих письмах ее мать.
Дэннис понимал, что Эдна и Чарльтон очень волнуются, но считал их опасения чрезмерными.
— Камилла могла преувеличивать способности своей дочери. Родители нередко так поступают.
— Камилла была совсем не такой, — возмутилась Эдна.
— Тогда я могу объяснить такие изменения в характере Амелии тем, что бедная девушка слишком много пережила.
— Сначала мы тоже так думали, — заговорил Чарльтон. — Но здесь что-то не так, Дэннис.
— Вчера мы встречались с юристом семьи Дивайн, который был также близким другом семьи, — продолжала Эдна. — Он проделал огромный путь, чтобы увидеть Амелию и привезти бумаги, касающиеся наследства ее семьи, а она не желает его видеть.
— Почему?
— Утверждает, что он не нравится ей, что он совсем не тот человек, за которого себя выдает.
— Определенно это ее дело, Эдна. Если Брайан ей не нравится, то наверняка у нее есть на это веская причина.
— Но этот человек кажется вполне достойным джентльменом, а Амелия не называет причину, по которой не хочет видеть его.
— Он может казаться милым, но вы же не знаете его так хорошо, как Амелия.
Эдна и Чарльтон поняли, что их подопечная очаровала Дэнниса Томпсона и его жену. Она была или очень умной, или же крайне хитрой. Они не знали, что делать дальше.
После обеда Бетти пошла с детьми на прогулку на утес в Ривз-Пойнт. Они шли к тутовому дереву, посаженному в 1836 году командой корабля «Герцог Йорка», и под их ногами мягким зеленым ковром стелилась сочная трава. Пока дети резвились, Бетти бродила вокруг заброшенного колодца, построенного еще первыми поселенцами острова. Положив руку на каменный бортик, она внезапно ощутила дурное предчувствие. Несмотря на холодный ветер с моря, у Бетти на лбу даже выступили капли пота.
Жуткое эхо приглушенных голосов из мрачных глубин влекло ее, словно магнит. Бетти стало страшно. Она была уверена, что это ветер так зло шутит над ней, но не могла пошевелиться. Казалось, невидимые силы удерживали ее, взывали к ней. Дрожа, она попыталась отступить, но ноги внезапно налились свинцом и не слушались ее. Видение, в котором огромный корабль налетел на риф, пронеслось у Бетти перед глазами. Звуки бушующих волн, стонущего ветра и крики ужаса, донеслись из глубины колодца. Бетти казалось, что она сходит с ума.
Вдруг из тьмы возникло лицо прекрасной темноволосой девушки. Ее локоны трепал ветер, бархатная кожа была пепельного цвета. Лишь розовый бутон губ и взгляд темных, манящих глаз оживлял этот образ.
