— Когда это произошло? — злясь на самого себя прорычал. Какое же он ничтожество! — В ТУ ночь? — голос дрогнул, выдавая раненое сердце. Его маленькую занозу изнасиловал… Кто? — Кто это был? — сдавленно просипел, не в силах исправить содеянное. Получается он бросил в самый тяжелый момент любовь всей его жалкой жизни? Злился на ни в чем не повинное создание! Хотел сам причинить ей боль! Сжал кулаки, не зная, как перед ней оправдаться.
Ева зажмурилась. Перед глазами предстало лицо, пыхтящего над ней материнского сожителя. Чавкающие звуки… Передернула плечами. Из-под длинных ресниц выскользнула одинокая слезинка. — Я не помню кто это был, — еле слышно впервые в своей жизни соврала. — Я помню лишь бесформенное пятно… — выдавила на губах вымученную улыбку:
— Хорошо, что своего рода, наша ночь была у меня первой… — распахнула темно синие глаза.
— Прости… Ева! — стоял не двигаясь, не находя слов в свое оправдание. На этот раз его объятия сделают лишь хуже. Душа рвалась на части от осознания своей роковой ошибки. — Все эти годы, я упивался обидой на девчонку, которая была ни в чем не повинна. Я действительно не сдержал обещаний…
Девушка, медленно вышла из своего укрытия. Приблизившись, протянула руку, ловя его запястье. Сдвинула рукав рубашки. Кончиками пальчиков провела по шраму, как в кафе, когда не знала кто на самом деле перед ней. Дарен как сквозь сон наблюдал, когда она склонилась и осыпала легкими поцелуями причину их знакомства:
— Злился или не злился… — прошептала, зарываясь в его объятия и обвивая торс. — Месть или не месть, — уткнулась носом в грудь, вдыхая родной аромат, который вспомнила спустя временну/ю пропасть! — Ты говорил, хочешь пройти весь путь со мной до конца… — почувствовала, как мужские руки сжали ее хрупкое тело. — Дарен, — всмотрелась в напряженное лицо. — Я люблю тебя… двенадцать лет назад тоже любила… — тихо прошептала. — Ты вернул меня… собрал из осколков.
Мужчина глухо зарычал, раздираемый переполнявшими чувствами вины и желания. Впился в податливые губы, в попытке напиться ими, словно путник, увидевший воду в пустыне. Она как могла ответила, уже без застенчивой робости, наслаждаясь исследованием новых для себя ощущений. Его руки приподняли покорную девушку и аккуратно положили на кровать. Легкий стон сорвался с манящих губ, когда Дарен скользнул ниже по шее, припав к бешено бьющейся жилке.
Неожиданно девушка уперлась в твердую грудь, отталкивая от себя. Мужчина удивленно приподнялся на локте, заправил темный локон за ушко:
— Солнышко, я слишком тороплюсь? — бесконечная нежность сочилась из его глаз. Он готов, если понадобится, вновь приручать дикарку к себе, стирая всплывшие кошмарные воспоминания.
— Нет… — загорелся озорной огонек. — Дарен, — щеки окрасились в пунцовый цвет, ввергая мужчину в замешательство. — Я могу тебя попросить?
— Все что угодно, заноза моего сердца.
— Сними свою рубашку, — громко сглотнула. Между ножек хоть выжимай от нестерпимого желания, но хочется запомнить Дарена всего, каждую мышцу, каждый изгиб… напоследок…
Дарен лукаво подмигнул, садясь на край кровати. Нарочито медленно расстегнул верхние пуговицы. Девушка продолжала лежать на спине, внимательно следя из-под полуопущенных век за его действиями, бешено вздымавшаяся грудь, выдавала возбуждение. Последняя пуговица отлетела, вырванная с корнем. Сильные руки распахнули ткань, но не сняли с плеч. В ее глазах отразилось восхищение от увиденного мужского торса с рельефным прессом. Заворожённо приподнялась на локте. Коснулась кончиками пальцев разгоряченной кожи. Встретилась с ним взглядом и не прерывая зрительного контакта, провела пальчиками вниз, почти до ремня брюк. Его дыхание на миг прервалось, вызвав довольную улыбку на ее лице. Пальчики поползли вверх, продолжая блаженную пытку. Очертили грудные мышцы. Резко села на колени и прикоснулась губами к коже, проделывая тоже самое, что мигом ранее пальцами. С губ Дарена сорвался громкий стон, когда она достигла края ремня.
Резко отпрянула, выпрямляясь. Поймала темный, полный желания взгляд. Ладошками нырнула к плечам, снимая мешающую рубашку. Дарен перехватил инициативу, поймав ее руки, настойчиво опустил по швам. Продолжая глядеть в ее темно синие глаза, подушечками пальцев приподнял край объемистого свитера. Дотронулся оголившейся полоски кожи, рассыпав миллион мурашек. Голова у Евы пошла кругом, они еще почти ничего не сделали, а она уже готова взорваться. Дарен медленно потянул свитер вверх, оголяя ее хрупкую фигурку с бурно вздымающейся упругой грудью, заключенной в ажурный черный лифчик:
— Можно? — просипел, касаясь лямки на плече.
Глаза в глаза:
— Тебе — да… Только тебе… — дрожа от нахлынувших чувств прошептала.
