— Ты не договариваешь, — плюхнулся на соседнее сидение, выпуская струйку дыма в открытое окно. — Молчишь всю дорогу. Мне, кажется, ты уже понял зачем Ева сюда приехала, просто мне не хочешь этого сообщать.
— Понял! — рявкнул раздраженно Дарен. Сердце разрывалось на части. Она просила ей не врать, а сама…
«Не соврала, а просто промолчала!» — прошептал внутренний голос, оправдывающий действия Евы.
— Я полный кретин! — сжал руль до побелевших костяшек пальцев, выжимая педаль газа до отказа и несясь по ухабистой дороге в место откуда пришлось сбежать много лет назад и куда он надеялся больше никогда не возвращаться.
— Ну это мне известно, — хмыкнул Джеральд, не обращая внимание на недовольное сопение. — Давай, посвящай меня. Все равно это не останется тайной.
Легко сказать, посвящай! Он бросил занозу своего сердца, когда она нуждалась в нем больше всего! Двенадцать лет винил Еву в предательстве, даже не вникнув в произошедшее. Естественно, она не захотела довериться ему! Сейчас этим поступком напоминала дерзкую девчонку, считающую в силах самой решать свои проблемы. Только вот в детстве, Ева прислушивалась к советам Дарена и делилась своими переживаниями, а не рвалась добровольно в пропасть.
— Ты уже знаешь, я думал, Ева обвинила меня в своем избиении. На меня тогда накинулась толпа разъяренных мужиков, но мне с огромным трудом удалось вырваться, — процедил сквозь зубы, злясь на самого себя. Невероятно тяжело каяться в содеянном. — Только в тот вечер ее не просто избили, — боль рвала душу на части. — Ее изнасиловали! — полоснул грозным голосом.
Джеральд поперхнувшись дымом охнул:
— Твою мать, Дарен! Как ты не мог этого заметить? — разорвал напряженную тишину салона друг.
— Сказал же, кретин! Меня притащили в конюшню уже хорошенько отходив, — он не пытался оправдаться перед другом, просто констатировал факт. — Я еле стоял на ногах, а глаза заливала кровь. Она указывала на меня! Эта несправедливость затмила мой разум! — стукнул кулаком по рулю. — Но, как выяснилось, тот, кто это сделал, стоял за моей спиной! Она показывала не на меня!
— Знаешь, Дарен, — как-то тихо проговорил Джеральд. — У меня сейчас огромное желание вмазать тебе, как следует!
— Если тебе станет легче, можешь сделать это. Только давай, когда найдем ее, — Дарен сам был не против себя впечатать пару десятков раз, но это не поможет вернуть любимую.
— И кто это сделал? — добил последним вопросом друг. Дарен резко выжал педаль тормоза до отказа. Машину чуть не развернуло, но Тилл уверенно справился с заносом. Сзади идущий пикап недовольно просигналил, обгоняя уже остановившийся посреди дороги автомобиль.
— Не знаю я! — вскричал словно раненый зверь. — Позади меня стояло не меньше шести человек и каждый из них мог оказаться той мразью! А Ева сказала, что помнит лишь неясный силуэт! — он уже несколько дней ломал себе голову, не находя ответа. Все-таки двенадцать лет прошло! Дарен не помнит тех людей, да и не старался он запоминать лица избивавших его. В ту ночь ему запомнилось лишь несправедливое обвинение девчонки, о которой он два года заботился.
— По-видимому Ева вспомнила… просто решила, по какой-то не понятной для нас причине, не сообщать тебе этого… — озвучил Джеральд в слух болезненную догадку, которую Дарен старался от себя отогнать.
Тилл задумчиво барабанил пальцами по рулю, абсолютно не обращая внимания на то, что перекрыл дорогу и собрал небольшую пробку из сигналящих ему автомобилей. Мысленно перенесся в ту роковую ночь. Напряжено пытаясь достать из разума мелькавшие лица разъяренных мужчин.
Вот отец держит полуживую Еву под руки, закутав в свою куртку. Его голос непривычно дрожит, когда он требует от несчастной жертвы назвать ублюдка, совершившего мерзкий поступок. В отцовских глазах… боль… Как Дарен раньше не замечал! Озадаченно потер заросший трехдневной щетиной подбородок. Его отец всегда по-своему заботился о Еве. Со стороны могло показаться, что он слишком к ней строг, но это было не так. Теперь понятно почему он постоянно пытался отогнать Дарена от девчонки. Видимо родитель чувствовал, что сын к ней не равнодушен и опасался, что он может совратить ее.
Кто же стоял за спинной? Кто?! Кто был настолько морально низок, чтобы изнасиловать ребенка?
Резкий хлопок ладонью по капоту вывел из блужданий по прошлому. Дарен вскинул сосредоточенный взгляд, встречаясь с разъяренным лицом женщины в возрасте. Она что-то нецензурно кричала, оскверняя улицу мерзким скрипучим голосом. Дарен усмехнулся уголком губ, нажав со всей силы на клаксон, оглушая недовольную особу. Та инстинктивно попятилась, освобождая путь.
— А я уж подумал, придется тебя перетаскивать на свободное сидение и садиться самому за руль, — хохотнул Джеральд, когда машина плавно тронулась с места.
