Погрузившись полностью в свои размышления, Дарен не сразу заметил, как дверь в его отчий дом отварилась и оттуда вышел мужчина в возрасте с крепким телосложением. Джеральд с отвалившейся челюстью молча метал взгляд от сына к отцу. Сомнений в том, что этот незнакомец отец Дарена не могло быть. Они были очень похожи между собой. Оба высокие, темноволосые с одинаковым разрезом темно-карих глаз и гордой осанкой. Только вот в незнакомце еще читалась армейская выправка.
— Я ждал тебя, сын, — произнес мужчина, поравнявшись с друзьями.
— Малышка, Ева? — едва слышный шепот заставил девушку непроизвольно громко вскрикнув, подпрыгнуть от неожиданности на месте. Рвано дыша, резко обернулась на голос. Позади стоял мужчина в армейских штанах и замшевой коричневой куртке. Его лицо наполовину скрывал козырек кепки, но…
Она все же узнала его…
— Адам… — еле слышно прошептала пересохшими губами. Ей с трудом удавалось стоять вертикально на ватных ногах. — … Тилл, — один из призраков прошлого, которого она не готова была встретить.
Мужчина, сорвав кепку с головы, небрежно отбросил в сторону:
— Ты хоть обращаться с этой штукой умеешь? — сверкнув глазами кивнул головой на слегка оттопыренный карман. Ева была на все сто процентов уверена, что пистолет, невозможно рассмотреть. Так как он догадался? — Надеюсь он на предохранителе? Иначе ты рискуешь что-нибудь себе отстрелить, — мягко улыбнулся краем губ. Сердце болезненно кольнуло от его сходства с сыном. Всю поездку она гнала мысли, связанные с Дареном и теперь была не готова встретиться с человеком его внешне напоминавшем. До боли захотелось закрыть глаза и оказаться в объятиях любимого, где ей было по-настоящему спокойно и хорошо, где чувствовалась сила, ограждающая от черствого безразличного мира.
— Зачем ты вернулась, Ева? — сдавленно проговорил Адам, делая шаг навстречу застывшей в растерянности девушки. Ева непроизвольно резко попятилась назад. Широко раскрытые огромные синие глаза с испугом скользили по мужскому лицу, а руки нервозно не находили себе мета. — Дарена здесь нет! — как-то резко вырвалось, еще больше пугая бывшую подругу его сына. — Ты ведь за местью приехала? Память вернулась? Так?! — грозно взревел, болезненно морщась. Каждое слово словно ножом по коже. Каждое слово и тело крупно вздрагивает. Он так сильно ее пугает! Что бы случилось, если вышел бы не Адам Тилл, а… Тварь, испоганившая ее? Осквернившая ее детское тельце! Смогла бы она совершить задуманное? Вскинула гордо голову, побеждая трусливую сущность, глубоко засевшую в душе.
— Нет! — твердо, но в тоже время непреклонно. — Я не ищу твоего сына.
Адам Тилл стал белее бумаги, схватившись за сердце. В таких же темных как у сына глазах мелькнула искра сомнения. Лицо чуть смягчилось:
— Тогда кого ты ищешь? — в его голосе отчетливо слышалась надежда. — Ева, мой сын не виновен? — чуть покачнулся, но тут же взял себя в руки. — Не молчи… пожалуйста.
— Нет, — глаза защипало от нахлынувших слез. — Дарен был ни причем, — на ватных ногах еле доплелась до крыльца дома, где пришлось прожить два чертовых года, и рухнула на прогнившие ступеньки. Адреналин резко прекратил свое действие сменившись апатией. Длинный путь закончился ничем… Долбанным провалом!
Адам Тилл, засунув руки в карманы медленно приблизился, внимательно рассматривая хрупкую съежившуюся фигурку. Порыв ветра бросил в лицо девушки темную прядь волос, но она даже не заметила этого, погрузившись в раздумья:
— Тогда кто? — прерывисто дыша задал мучивший вопрос. Двенадцать лет его душа была не на месте, считая, что он вырастил выродка. — Почему ты указала на него? — обессиленно плюхнулся рядом.
Крупная слеза прочертила дорожку по шелковой щеке. Вторая последовала следом. Ева закрыла лицо руками, плечи задрожали от еле сдерживаемых рыданий. Адам терпеливо ждал. Наконец всхлипы затихли. Размазывая тыльной стороной руки слезы, девушка выпрямилась:
— Никто не понял… — сдавленно повторила слова, сказанные несколько дней назад Дарену. Резко повернула заплаканное лицо к Адаму и твердым голосом:
