Казалось, броня растаяла, пропустив к телу нежное тепло ее рук, а как только девушка склонила голову, закованная в броню ладонь сама поднялась и бережно коснулась плеча. Притягивая к себе стройное тело, вторая ладонь бережно коснулась головы, разглаживая строптивые волосы, что намокли и топорщились во все стороны колючками, Немезис боялся глубоко вздохнуть. Чарующий аромат словно воззвал к воспоминаниям, и перед глазами всплыли картины бурной ночи.
– Не могу… Я теряю контроль, – голос, полный напряжения, прорвался сквозь блокаду самообладания, и Немезис говорил слова, которые он еще никому и никогда не мог сказать. – Я не могу ни о чем думать… и ничего делать… Как тяжело мне дается самообладание, когда ты рядом. И я чувствую, как ты играешь моим состоянием… Что ты со мной делаешь? Зачем тебе это…
– Дурашка, – прошептала Фелиция, еще удобней прижимаясь к теплой броне, – ничего мне от тебя не нужно… лишь бы ты был рядом.
– Мы не можем быть вместе… – выдавил Немезис, балансируя на остатках последних капель самообладания.
Резко отстранившись, Фелиция прострелила взглядом. Вглядываясь в красноту ничего не выражающих глаз, спросила:
– Почему?!
И сразу же выплеснулось раздражение догадки.
– У тебя кто-то есть?! Как это… по-кобелиному, – но не покинула объятий, а требовательно посмотрев в лицо воина, на котором проступила элементарная растерянность, прищурилась. – Скажи, кто она, и я ее убью.
– О Скрижали, – вскрикнул Немезис, поняв суть резких перемен в настроении, – разве кроме этого, нет других причин?
– И что же это за причины, что мешают мне быть рядом с тобой?
– Мы же разные… – выдавил Немезис, выплескивая всю горечь тяжких дум, что не давали покоя с последней встречи на Темени. – Воин Ордена наполовину человек, наполовину киборг, и ты… Я не такой, как все… и таким никогда не стану. Даже если отбросить человеческие устои и моральные законы, я не смогу стать твоим спутником жизни. Я не хочу коверкать твою жизнь, я просто не достоин тебя.
– Значит, все-таки другая, – прервала Фелиция, – как только мужчина заводит такие песни, о том, какая я распрекрасная, и какое ждет меня будущее… то он выруливает на другую парковочную орбиту.
– Да что за чушь… У нас нет женщин!
Застыв от услышанного, Фелиция склонила голову набок, сказала:
– Мне один шкипер клялся, что у вас и женщины такие же. Отмороженные исчадия ада, но пока их не распылишь… и что с одной такой суперженщиной он провел незабываемую ночь.
Немезис недоуменно вздернул брови, но поняв, о чем речь, отмахнулся:
– Полная чушь. Особенность нервной системы женских особей делает невозможным вживление дублирующей нервной системы. И соответственно всей системы боевых имплантатов.
Фелиция пораженно замерла, вдруг озябнув, принялась надевать комбез.
– Секундочку. Разве у ВАС нет своих женщин? Как же вы это… ну пополняете свои ряды?
Вспоминая подробности, которые не прекращают обсуждаться на виртуальных порталах неофициальных средств массовой информации, Немезис усмехнулся:
– Нет, мы не отлавливаем девственниц для инкубаторов, никого не фаршируем запрещенными стимуляторами похоти и не клонируем себя тысячами…
– Тогда как вы еще не вымерли…
– Ту действительно хочешь это знать? – спросил Немезис, пристально взглядывать в глаза девушки.
– Да, я хочу это знать, – резко ответила Фелиция, пытаясь скрыть истинную причину вопроса. – Вы же как-то должны размножаться…
Понимая, что от требовательного взора простыми ответами не отделаешься, Немезис начал издалека.
– Когда еще не было Ордена, и Марс только оправлялся после Вторжения, появился человек, который смог заглянуть в тайны человеческого мозга. Благодаря его работам, были приоткрыты завесы подсознания…
– …В тех девяти десятках процентах, которые мозг не использует в своей повседневной деятельности, хранятся массивы памяти, в которых есть участок с информацией о биологических предках. Пресс в биллионы цепочек ДНК, полная память от неандертальца до современного индивидуума. Но самое ценное для нас – это не накопленный жизненный опыт, а именно биологический код предков. Вот он-то и дает нам неисчерпаемый ресурс для поддержания себя как отдельного вида.
– Если я правильно поняла, – закусив губу, Фелиция забавно нахмурилась, – ты человек, который жил сотни лет назад?!
