Что будут делать люди, если обретут сверхспособности? Одни подумают, что сошли с ума, другие же будут изучать полученные парапсихические силы. Некоторые до последнего будут отрицать их существование, а кто-то возомнит себя имеющим право вершить чужие судьбы. К чему это в итоге приведёт – хаосу, смерти или лучшей жизни? Полученные при различных условиях, в различных местах, различными людьми, сверхспособности раскроют настоящую сущность их обладателей.
Третий день пребывания в Антарктиде, на удивление, по интересности ничем не отличается от первых двух. Конечно, рассматривание пингвинов и айсбергов уже начинает наскучивать, но всё же сохраняется неподдельное любопытство. Чистая вода яркого синего цвета, нетронутая среда, окружённая льдом, пингвины, спокойно расхаживающие по материку, леопардовые тюлени и другие обитатели Антарктического побережья, интересные, хотя и малочисленные, растения – всё это не может не вызывать восхищение. Ничто и никто не принесёт больше эмоций и впечатлений, чем путешествие на ледяной материк.
Больше всего мне запоминаются крошечные кустики с жёлтыми цветочками – это колобантус кито, растущий преимущественно на северо-западе Антарктического полуострова. К сожалению, сейчас их растёт не так уж и много, поскольку приближается зима, а вместе с ней и полярная ночь. Кто-то считает, что Антарктида не создана для посещений в начале апреля: оно и понятно, потому что, во-первых, температура на материке в это время ниже, чем, например, в январе, и, во-вторых, световой день значительно короче – около девяти часов в самом начале месяца, и всего час ближе к концу апреля. Однако некоторых людей, в том числе и меня, всё же привлекает время, близкое к полярной ночи. Начало апреля – самый поздний срок посещения материка туристами.
На континенте есть ещё одно растение – луговик антарктический. Он не такой красивый и яркий, как колобантус, но тоже привлекает внимание: своей формой он напоминает маленькую метёлку. Если бы я увидела это растение где-то за пределами Антарктиды, то, наверное, даже не обратила бы на него внимание, но здесь он выделяется своим существованием. Помнится, перед тем как начать собираться в это путешествие, я вообще не предполагала, что здесь есть какие-то растения. Думала, посмотрю пингвинов и ледники и уеду. Но всё оказалось намного интереснее.
Заметив группу пингвинов, незаметно отдаляюсь от людей. Я уверена в том, что у меня и так очень много фотографий этих очень притягательных животных, однако это не мешает моему интересу. Конкретно в этом месте я ещё никого не фотографировала, поэтому считаю нужным исправить эту ситуацию. Быть может, особо любопытный пингвин подойдёт ко мне очень близко или даже потопчется по моим ногам… вероятность, конечно, маленькая, но такое уже бывало, правда, тогда я стояла «в засаде» почти что неподвижно.
Не доходя до своей цели примерно сорок футов, замечаю что-то блестящее на поверхности. Это «что-то» настолько яркое, что можно почти без особого труда отличить от сверкающего снега. Хмурю брови и иду в сторону предмета, привлёкшего мое внимание, думая, что мне всё-таки показалось. Подходя ближе к месту, вижу маленький предмет, ярко контрастирующий с белоснежным снегом. Наклоняюсь и поднимаю… камешек? Это осколок странного камня, причём абсолютно неблестящего. В непонимании оглядываюсь по сторонам и снова перевожу взгляд на находку. Что ж, значит, сверкание и правда показалось.
Засовываю этот осколок в карман и возвращаюсь к изначальной цели – к пингвинам. Едва ли сдвинувшись с места, ощущаю лёгкое головокружение, а затем в одно мгновение проваливаюсь в небольшую расщелину, до этого скрывавшуюся под толщей снега, и сильно ударяюсь головой. Всё тело пронзает тягучая боль, не давая пошевелиться. Я медленно поднимаю голову, чтобы хотя бы что-нибудь рассмотреть, но в глазах двоится, а само изображение скручивается, превращая всё в полнейший хаос. Чувствую тёплую кровь, медленно стекающую со лба, и, несмотря на это, пытаюсь подняться, однако попытки таковыми и остаются. Внезапно появляется холод, он пробирает до костей, приближаясь к самому сердцу, а голова с каждой секундой всё больше кружится. Я через силу перекатываюсь на спину и вижу огромное светлое пятно – должно быть, это небо. Постепенно в глазах темнеет, пока я вовсе не теряю сознание.
Прихожу в себя в своей каюте. Ощущение странное, будто бы меня вытащили из-под воды после длительного погружения. Тем не менее, я не чувствую никакой боли, мне не холодно, отлично помню произошедшее, да и в принципе можно сказать, что я просто… поспала. Или что-то вроде того. Но никак не провалилась под снег и ударилась головой.
– Как Вы себя чувствуете? – спрашивает мужчина, склоняясь надо мной и внимательно рассматривая моё лицо. Точно, медработник.
– Хорошо, – хочу приподняться, но меня останавливают.
– Вам нужен отдых, Вы и так чудом выжили. Вас нашли с обморожением и, если честно, думали, что уже поздно. Но похоже, везение на Вашей стороне, не так ли… Аста? – он немного отстраняется от меня. В ответ на его вопрос я киваю, и он улыбается. – Расскажите, пожалуйста, подробнее о своем самочувствии. Вы чувствуете какую-то боль?
– Нет, – в непонимании отвечаю я. Раз уж я чудом выжила, то не должно ли быть мне плохо?
