Передвижной дом стал для Энджи прямо-таки навязчивой идеей. Эта коробка на колесах представлялась ей настоящей гарантией свободы. Она уже давно потеряла надежду, что когда-нибудь скопит достаточно денег и переедет в деревню или в другое место, где люди здоровы психически. Когда-нибудь, куда-нибудь, только прочь из этой дыры. Но этого никогда не случится. Что делать с несбыточной мечтой о маленьком коттедже в Донеголе, когда цены на недвижимость в Республике[19] взлетели выше крыши?
Зима миновала, и с каждой неделей передвижной дом делался больше и больше. Каждый божий день к Энджи приставали соседи.
— Красивая вещь, Энджи.
— Правда, — отвечала она, лукаво глядя на них.
— Вы — прямо искусный мастер, Энджи. Настоящий специалист, — льстили соседи.
— Посмотрим еще, как он себя поведет на дороге, — отвечала Энджи.
Это был ее стандартный ответ, когда она хотела завершить разговор и вернуться к работе. Вы, наверное, подумали, что ничего такого в этом нет — побеседовать через забор с соседями, которые интересуются, как идет дело с передвижным домом. Это потому, что вы незнакомы с архитектурой дома Энджи.
Так вот, дом Энджи с трех сторон окружен другими домами. Ее задний двор граничит с задним двором соседей. Подъехать к дому можно только со стороны улицы, где имеется крохотный дворик. Так что когда соседи перегибаются через забор с комплиментами, какой замечательный Энджи строит прицеп, на уме у них совсем другое. Тут стоит вернуться к подтексту, в котором так прекрасно разбирается Венди.
— Дура набитая. Посмотрим, как ты вытащишь отсюда эту тряхомудию.
Примерно такие мысли были у каждого в голове. А вообще-то дом на колесах давно уже стал для всего района притчей во языцех.
Погодите жалеть Энджи, пока не узнаете еще кое-что. Энджи прекрасно понимала, что над ней все смеются. Уж такое здесь место, никуда не денешься. Пусть себе смеются.
Энджи даже подкидывала им лишний повод для смеха.
— Прямо жду не дождусь, когда малыш наконец покатится по шоссе, — любила повторять она.
И соседи подталкивали друг друга локтями и перемигивались. А Энджи еще подливала маслица:
— Да. Мы с детьми едем по Северо-Шотландскому нагорью. Ветер треплет нам волосы. Наш городишко далеко позади.
Соседи прямо валились со смеху. А Энджи продолжала:
— Можно остановиться прямо на пляже. Напечь булочек и тронуться с утра пораньше. Следующая остановка — море.
Она разворачивала перед соседями все свои мечты, а они только и ждали, когда она опять займется работой, чтобы похихикать у нее за спиной. Видели бы они, как Энджи ухмыляется, когда затягивает болты.
И вот настало лето, и дом на колесах был готов. Блистая лаком, словно слоновий гроб, он занимал почти весь задний дворик Энджи некогда было даже умыться. Она была нарасхват. Соседи приглашали ее, и говорили с ней про домик, и смеялись на ее счет. Все вокруг думали, что Энджи окончательно рехнулась.
Теперь передвижной дом Энджи был на устах у всего города. Она всем рассказала, что у нее отпуск и что она трогается в путь восьмого июня. Седьмого все соседи поголовно собрались у заборов послушать Энджи. А она распиналась перед ними, куда поедет завтра. Сначала прямо на остров Скай. Несколько дней проведет там, а потом отправится в Инвернесс. Потом в Уллапул. Потом в Сатерленд. Вот такие у них планы. И чем обширнее эти планы были, тем больше подробностей желали услышать соседи. Им хотелось, чтобы она уж вляпалась, так вляпалась, по самое не могу.
Никто из них словом не упомянул, как же передвинуть дом на колесах, — зачем портить себе удовольствие? Просто хотелось лично увидеть, как Энджи выпутается.
Однако в тот день Энджи не притронулась к передвижному дому. В конце концов соседям надоело ждать и они отправились дрыхнуть — в полной уверенности, что представление состоится завтра. Восьмого числа.
Когда соседи продрали глаза на следующий день, передвижное жилище стояло на улице перед домом и ослепительно сияло на солнце. На небе не было ни облачка. Прекрасный день для начала путешествия по Шотландии.
Люди ходили с вытаращенными глазами. Дом на колесах уже был прицеплен к «протону» Джона. В соседних домах трезвонили телефоны. Люди сбегались посмотреть на зрелище. Детишки не могли сообразить, с чего это вдруг такая суета.
К тому времени как Энджи и Джон вышли к машине в шортах и гавайках, собралась уже порядочная толпа. Все шарили глазами по садику, который выходил на улицу: где тут кран, следы колес или что-нибудь в этом роде. Однако все были согласны с тем, что кран (а чем еще можно перенести эту штуку?) перебудил бы ночью всю улицу. Что-то тут не сходилось.
Энджи и Джон поприветствовали знакомых, сели в машину и — «
