Чем ближе Гленни и Док были к земле, тем дальше от них уносило Нампу. Гленни спрыгнул с колеса, когда оно еще не коснулось земли, и продрался сквозь толпу, и первым подбежал к Нампе, и взял в руки голову лежащего. Следом примчался Док и обнял Линду. Она вся дрожала в его объятиях. Что-то таинственное, потустороннее было во всей этой сцене. Сирены вокруг так и заливались.
— Подойди ко мне, испытай судьбу, — сказал деревянный клоун из-за своей стеклянной перегородки.
Целая лужа крови собралась на гравии, и цвет ее был значительно темнее, чем вы могли бы себе представить. Нампа умирал. Док знал, что он умирает. Глаза его были еще открыты, но дух уже был далеко — выше луны и звезд.
Линда смотрела, как дух Нампы отлетает все дальше и дальше, пока не потеряла сознание.
Она пришла в себя в машине «скорой помощи» на пути в больницу. Рядом лежало тело Нампы, мертвое и неподвижное.
Его похоронили во вторник. Впервые люди видели, как Дэнни Даффи плачет. Его шанс — Олимпийские игры — был упущен. Линда осталась одна со своей любовью и никогда уже не любила по-настоящему.
Через несколько лет Линда встретила Брайана. Они встречались уже примерно год, когда Линда поняла, что беременна. Дело было летом, в июле месяце, и я отчетливо видел все, что происходило в доме и окрестностях. (Меня, само собой, не видел никто.) Был составлен целый план, как сказать обо всем папе. В наличии имелись матушка и Старая Мэри, а сестры попрятались по комнатам и подслушивали.
Папа, матушка и Старая Мэри пребывали в садике на заднем дворе. В их распоряжении имелся маленький столик под зонтом и пять стульев вокруг него. Они выпивали: папа пил пиво, а матушка со Старой Мэри — водку. Солнце пекло вовсю — так, что даже цветы на зонте увяли. Если закрыть глаза, могло показаться, что ты во Франции или другом каком-нибудь столь же прекрасном месте. Только не в Коутбридже.
Единственным человеком, который не подозревал, что все спланировано, был папа. Он-то думал, что вот и еще один чудесный летний денек, когда пивко само пьется и пчелы жужжат в распускающихся розах. Матушка наделала сэндвичей с салатом, положив побольше огурцов. Свежие были сэндвичи и хрустящие.
— Чудесные бутерброды, Алиса, — похвалил папа.
Он как раз прожевывал второй сэндвич, когда объявились Брайан и Линда. Надо же, для них как раз нашлось два свободных места. Сестры затаили дыхание. Уж они-то догадывались, что сейчас будет.
— По пивку? — спросил папа.
Банка пива уже летела к Брайану, когда тот очнулся, сказал: «Да, конечно» — и поймал ее. Затем Брайан подмигнул папе и откупорил банку.
— А хороша погодка, Пэт? — произнес Брайан.
— Такой погодкой грех не воспользоваться, пока она не закончилась.
— Ага.
— Угу.
— Ну, так как у вас делишки? — спросила матушка у Брайана и Линды.
— Замечательно, — сказала Линда. — Просто замечательно.
— Да, все здорово, — подтвердил Брайан.
— На рыбалку ходил? — спросил папа.
Но Брайан не был на рыбалке целую вечность. Работы просто невпроворот.
К тому времени сестры подползли поближе к открытым окнам и притаились, напрягая слух: что там Брайан собирается сказать папе насчет беременности Линды. Ей ведь только семнадцать.
А Брайану за двадцать. Папа даже говорит с ним как со взрослым мужиком.
Они помолчали, наверное, минутки две. Сэндвичи пришлись как нельзя кстати: хорошая приправа к нехорошим новостям. Пожевав, Брайан решил, что пора и поговорить.
— Пэт? — вопросительно сказал он, наклонившись вперед.
Теперь затаил дыхание весь дом. Вот оно. Сейчас Брайан скажет. Раскроет папе секрет. Все даже зажмурились.
— Можно у тебя одолжить бензопилу?
— Нет проблем, — сказал папа. — Она в шкафу с инструментами.
— Да, кстати, у Линды будет ребенок.
Первый удар угодил Брайану прямо в лоб, и он качнулся назад вместе со стулом. Не успел его стул опять встать на все четыре ножки, как папа был уже на ногах. Удары сыпались и справа, и слева, и сверху. Стол опрокинулся, чудесные маленькие сэндвичи и банки с пивом разлетелись по всему садику.
Но еще до того как матушка и Старая Мэри оттащили Пэта от Брайана (тот и кровь как следует не вытер), дело было на мази: мужчины сговорились насчет свадьбы. Через полчаса они уже пили пиво и поглощали новые бутерброды, приготовленные по фирменному рецепту «слава-богу-что-все-уже-позади». Посмотреть на них сейчас, так прямо закадычные друзья.
Линде очень хотелось замуж. А какой девушке не хочется? Но в три часа ночи она вышла в сад, легла на траву и долго смотрела на неподвижные звезды. Так Нампа узнал от нее, что она выходит замуж и что она любит Нампу и будет любить всегда.
Из Линды получилась идеальная жена. Дом у нее сиял, как демонстрационный зал «Международной мебельной компании». Завтрак, обед и ужин подавались строго в установленное время. Стоило пеплу вашей сигареты коснуться пепельницы, как он в мгновение ока исчезал, и следующую порцию пепла вы уже стряхивали в идеально чистый сосуд. Причем все делалось на уровне рефлексов. У их детей одежда была отглажена и ботинки начищены уже в шесть утра. Так проявлялась неизжитая любовь к Нампе.
