Шесть тополей полностью

В о л о д я. Уже перестал! (Кричит в окно.) Дуня! Бежим, нырнем разок. Николай Петрович, научите плавать дельфином?

Ф е д о р. Расщебетался. Иди-ка лучше помогай Дуне. Зоя, Иван, все — за стол!

Все, кроме Стужина и Марии, уходят в избу.

С т у ж и н. Замечательная у вас семья. Удивительно легко с вами! И чего бы не сделал я для вас!.. Чтоб тополя шумели, чтоб дуб жил долго-долго… И чтоб ты была счастлива, Мария. Как хорошо, что я снова нашел тебя! Нашел ведь?

М а р и я. Это я нашла тебя… Я!..

Голос Федора: «Мария! Николай Петрович!»

Идем, отец зовет.

Стужин и Мария уходят в дом. Появляется  С е р г е й. Постоял у крыльца, пошел к тополям, сел на скамейку. Через некоторое время выходят на крыльцо  И в а н  и  Ф е д о р. Они не видят Сергея.

И в а н. Знаешь что, отец… Сережка сюда должен прийти…

Федор молчит.

Не надо его ругать…

Ф е д о р. Прикажешь по головке гладить?! (Помолчав, другим тоном.) Где хоть он?

И в а н. У меня дома. С кордона ушел совсем. Трелевщиком опять работает. И неплохо работает. Он все понял, отец… (Потупившись.) И я… И Зоя…

Ф е д о р. Обворовал Трошку — и ушел? «Понял»!

Сергей вскочил со скамейки, хотел что-то сказать, но сдержался.

И в а н. Как — обворовал? Не может быть!

Ф е д о р. Не знаю уж как. Трофим по поселку бегает: «Федоров сын обчистил…»

И в а н. Ерунда какая-то! Неужели ты поверил, отец?

Ф е д о р. Как не поверишь, коли чужую жену увел… А деньги… может, дошел и до этого… Пускай только явится… Пускай только покажет нос…

И в а н. Не способен он на такое! Он же — Федоров!

Ф е д о р. Ты тоже хорош!.. Из-за тебя ведь он туда пошел! Ты его выгнал!

И в а н. Не верю! Сережка — не вор!

Неожиданно выходит из-за угла  Л и з а.

Л и з а. Не вор он!

Ф е д о р. Лизавета?!

Л и з а. Не вор он… Душа его — чистая…

Ф е д о р. Правду говоришь, Лизавета?.. Мария! Володька! Дети!

Из дома выходят  З о я, М а р и я, Д у н я, В о л о д я, С т у ж и н.

Л и з а. Матерью своей клянусь. Это на мне вина. Я деньги взяла у Трофима! Я! Долю свою взяла!.. Вор — Трофим! Он лес воровал и продавал… А Сереженька — не вор. Не вор, говорю вам!

Ф е д о р (тихо). Спасибо тебе, Лизавета…

Л и з а. Эти деньги я уже в поссовет отнесла… Все сдала… Вот она, расписочка. (Показывает расписку.)

Ф е д о р. Да верю… Неужели же не верю…

М а р и я (прослезившись). Лиза… Лиза…

Л и з а. Воротится к вам ваш тополь стройный. А я потеряла его навеки… Не жалей меня, Маня… Заслужила я…

Сергей быстро идет к крыльцу.

В о л о д я. Ой, Сережка!

С е р г е й. Лиза!

Л и з а. Сереженька!.. Нет, такая не нужна я тебе, Сережа! Прости! (Плачет.)

Ф е д о р. Лизавета… ты вот чего… значит, это… идем за стол… Не к чужим людям пришла…

Л и з а. Спасибочко… (Поклонилась всем, медленно пошла прочь.)

Ф е д о р (Сергею). Чего стоишь, остолоп? Захороводил бабу, а теперь стоишь? Останови, верни ее…

С е р г е й. Лиза! (Идет за ней.) Лиза!

Ф е д о р. Останови ее, сынок, останови… (Тяжело опускается на скамейку.)

М а р и я. Что с тобой, отец? Плохо тебе?

Ф е д о р. Ничего… Ничего… ноги… Земля — вроде плот… качается на волне… Ничего… Ну, что же вы все выскочили из-за стола? Что стоите? Здоров я! Здоров! Были бы вы… Ох, дети, дети! (Тихо.) А Лизавета ушла? Куда она ушла?

М а р и я. Успокойся, отец. Она придет. Разве ж Сережка ее отпустит!..

Ф е д о р (Марии). Там, в сундуке, полотенце и скатерть. Мать-покойница вышивала… Говорила: когда Мария замуж выходить будет… Идемте все за стол! Иван, Зоя… Идемте же!

В о л о д я (Дуне). Сережка приведет Лизку, спорим?

Ф е д о р. Все собрались. Все. Только нет тебя, Митрий… (Погладил рукой тополь.)

З а н а в е с.

А н н а  П е т р о в н а — председатель колхоза.

В е р а }

Л у ш a } — ее дочери.

В а с и л и й — ее бывший муж.

Н е п о г о д а  Ф е д о р  К а р п о в и ч — начальник изыскательской партии.

М и х а и л — буровик.

Б и ч и р.

Е л е н а.

В а с е н а.

А н т о н и н а.

И л ь я — муж Васены.

З а х а р — муж Елены.

С а в е л ь е в н а }

Р о д и о н и х а } — деревенские кумушки.

Д е в у ш к и, п а р н и.

Колхоз на Урале. Наши дни.