Что делать, если на свадьбе лучшей подруги узнаешь, что бывшие жены ее будущего супруга пропадают без вести? Бежать спасать подругу? Правильно. Вот только не успела. Меня отравили. А в себя я пришла в другом мире, у алтаря, в роли невесты. И плевать хмурому жениху, что я под венец не собиралась. У него на меня планы, и деваться некуда. Потому как свадьба — мое единственное спасение от эшафота. Ведь я объявлена воровкой, колдуньей, и отягчает все проникновение в королевский замок! Жуткая ситуация? Пожалуй! Но еще страшнее узнать, что пять предыдущих жен моего супруга погибли при странных обстоятельствах.
— Ты никому ничего не скажешь! — зловеще выкрикнула цыганка, ткнув в меня трясущейся рукой. В широко распахнутых глазах металось безумие. Или магия. Точно сказать было тяжело. Меня пугало то и другое. Хотя я девушка, мало верящая во всяких гадалок и ясновидящих, но у этой явно был талант!
У меня от ее хриплого голоса что — то внутри дрогнуло, и на душе неприятно заныло.
А чернобровая колдунья затрясла длинными волосами, содрогаясь в магических конвульсиях, сделала пас рукой и лязгнула зубами.
Даже я с моим театральным дипломом не смогла бы так войти в роль!
Я невольно вздрогнула и оглянулась назад, туда, где стояла Рита. Та весело щебетала с разрумянившимися и смеющимися подругами. Еще бы, пол — ящика шампанского могут кого угодно развеселить. Но Рите сегодня можно. У нее девичник. Завтра с утра дражайшая подруга пойдет под венец. Я была искренне рада за нее.
Ее избранник — Вадим Рогоза — бизнесмен. Красавец, с квартирой, машиной, фигуристый и веселый. Будто коктейль идеальных мужских характеристик смешали. Рите можно было только позавидовать. Он носил ее на руках. Мы, преданные подруги, искренне радовались за будущую невесту, хотя втайне и себе желали найти таких же исключительных мужчин. Но кто в наше время не мечтает о принцах? Рите он достался. И выглядела она более чем счастливо. А уж какой красавицей будет завтра!
— Колдун рядом! — прервала мои положительные мысли цыганка так резко и громко, что я ненароком подпрыгнула на месте.
Гадалка взмахнула рукой, множество браслетов звякнули, сверкнув в огне ночного клуба серебром. Полный цыганский антураж! Нечистые бы ее подобрали вместе с гаданием! И зачем Рита цыган пригласила? Я понимаю — мужское варьете, песни, пляски. Все в духе прощальной девичьей вечеринки. Но гадание по вялой руке пьяной хозяйки и разбрасывание карт на барной стойке!.. Увольте!
И зачем я подошла?
— Связь у вас крепкая… Чуждыми мирами завязанная. Не порвать! — настырно проговаривала колдунья, покачивая головой. Замерла, всматриваясь в судьбоносные линии моей ладони. Перевела взгляд на карты. Одна бровь у нее приподнялась и тут же опустилась назад. — Дай ему, что попросит! Откажешь — смерть найдешь. Не откажешь…
— Буду жить долго и счастливо! — нахмурилась я, прерывая недобрые предзнаменования цыганки.
Она вперила в меня угольный взгляд, не выпуская мою руку из своих цепких ладоней.
— Дай ему, чего попросит! — повторила я язвительно за цыганкой. — Он хоть красивый, твой колдун? А то один раз поцелую, три — сплюну через плечо…
Губы цыганки дрогнули в усмешке.
— А ты за красотой гонишься? Думаешь, счастье в ней? — раскрыла пальцы, выпуская мою ладонь. — Красивый. Но смотри, как бы от красоты плеваться не пришлось… — собрала карты, сунула их в карман широкой цветной юбки. — А к нему ты сама придешь, и суток не пройдет.
Вдруг колдунья замерла. Взгляд стал стеклянным. Лицо побледнело.
— Не бери кубок золотой в руки! Не пей вина жемчужного! Все потеряешь! Жизнь свою, судьбу свою, всех, кого знаешь! Боль и предательство взамен обретешь! Невинностью за чужую вину расплатишься!
Я вскочила. Довольно! Хватит с меня гаданий! Свои двадцать целковых черноволосая отработала.
Я уверенно отвернулась и пошла к гомонящим подругам. Вот только как ни старалась, а веселье у меня так и не пошло. Даже когда через силу улыбалась шуткам, на душе сквозило холодком и словно в предчувствии беды сжималось сердце.
— Пей до дна! Пей до дна! Пей до дна!
— Горько!
Шикарное свадебное платье идеально сидело на хрупкой фигуре Риты. Подруга вся сияла. Белые щеки то и дело заливал румянец.
— Горько!
Вадим, жених, с особой нежностью прикасался к ее губам.
Замечательная! Прекрасная пара!
После пятого круга танцев и неустанно сыплющихся шуток тамады я незаметно выскользнула из зала ресторана. Остановилась у окна вестибюля. Немного выпитого вина все же дало в голову. В висках сладостно постукивало пульсом, да и сама я заметно расслабилась.
— Шестая жена будет, — с сочувствием проговорил рядом женский голос. — Надеюсь, хоть с этой повезет.
Я повернулась. У урны, рядом с окном, стояла полная женщина в довольно открытом фиалковом платье, невыгодно подчеркивающим все «достоинства» фигуры.
— Шестая? — переспросила я.
— Ага, — кивнула та головой с удивительно неопрятной прической «я бешеная пальма». Стряхнула в урну пепел с тонкой сигареты, и только тогда повернулась ко мне. Сморщенное лицо было покрыто слишком толстым слоем косметики, чем вызвало неприязнь. Начерченные черным брови немного удивленно приподняты. Румяна ярко алели на щеках. Ярко — красные тонкие губы держали в уголке рта сигарету, нет — нет и пожевывали ее.
Странно, я не видела среди гостей этой странной, неприятной дамы.
