Сладкий самообман на трехполосном автобане. Как я быстро привык к этому! Куда лучше, чем дорожное покрытие на камменоугольном масле дома. Как легко сказать, что эта игра в рулетку необходима, потому что служит возвышенной цели… Как легко угрызения улетают вместе с выхлопом…
Я никогда не любил нарядно одеваться. В основном потому, что это требовалась по поводам, которых я не выносил. Никогда ничего хорошего не сулили дни, когда приходилось прихорашиваться.
Но это?
Рубашка села по фигуре, пиджак тоже. Мне даже показалось, что сам я – «Лейка», а одежда – футляр от нее.
– Ничего не рассказывай о предыстории этого ружья, – сказала Гвен. – В этих кругах так не принято.
Сама она забраковала предыдущий наряд и облачилась в свежеотглаженную мягкую блузку и серую юбку до колен. А на коленях у нее лежал тонкий джемпер в резиночку. Я догадывался, что юбка была сшита на заказ и хранилась в обширной гардеробной Квэркус-Холла. Была бы у Ханне подобная одежда, она выглядела бы грациозной дочерью судовладельца.
Единственным, что выбивалось из общей картины, были старые наручные часы Гвен с поцарапанным стеклом.
– А что с твоими часами? – спросил я.
– Откуда ты этого набралась? Дизайн, что ли, изучала?
– Нет-нет. Понимаю немного в том, как себя подать. Вот и всё. Я простая студентка, учу экономику.
Дорожные знаки вели обратный отсчет расстояния до Эдинбурга. Сорок миль. Тридцать две. Когда осталось восемнадцать, моя спутница попросила меня съехать на площадку для отдыха.
– Мотор не заглушай. Идем со мной. От тебя слишком попахивает чистотой, какой-то…
Гвен уселась в машину и разложила на коленях карту дорог.
– Поехали.
–
Бормоча что-то, двое мужчин тыкали пальцем в гравировку по низу стволов, обсуждали особенности механизма. Обоим оружейникам в голубовато-серых передниках с темными пятнами от смазки было лет под шестьдесят. Тот, что представился мистером Стюартом, протер деревянные детали белой тряпочкой. А потом перевернул ружье другой стороной, протянул мерную ленту от затыльника до спусковых крючков и записал размеры в дюймах с точностью до одной шестнадцатой доли.
– «Диксон Раунд Экшн»
– И давно оно сделано? – спросила Гвен.
– По меньшей мере, до войны, – сказал Стюарт.
Похоже, моя спутница не особенно удивилась.
– В тридцатые? – предположила она.
Мистер Стюарт улыбнулся, довольный тем, что она клюнула на наживку.
– Нет, мисс.
– Больше всего нам хотелось бы установить его происхождение, – сказала девушка. – Выяснить, не опасно ли из него стрелять. Оно принадлежало дальнему родственнику. Мы не знаем, в каком оно состоянии.
Я никак не мог понять, что же Гвен такое сделала. Собственно, она просто выказала неколебимую уверенность в себе. Но все тут же забегали вокруг нас на цырлах. Сам я стал в сторонку, наблюдая за ней и за дробовиком. Она обращалась с ружьем не как с оружием, но как с занятной антикварной вещицей, и обслуживающий персонал уважительно откликался на любой ее вопрос, стараясь отвечать исчерпывающе.
