Очнувшись, я через силу пытался встать. Мышцы невероятно сильно болели, но это это можно было исправить при использовании праны и теперь неприятные ощущения можно было терпеть и совершать медленные шаги. Меч я положил обратно в карту, и немного прихрамывая направился к выходу отсюда. Меня шатало из стороны в сторону. Если бы я сейчас был по среди улицы, то прохожие наверняка подумали, что я пьяный или переработавший. Голод пока, себя не проявлял, но меня мучала жажда так как из-за пережитого огненного вихря внутри пещеры было потрачено большое количество запасов воды, которые требовали восполнения. Ощущая пересохшее горло, я лихорадочно осматривал стены в поисках хоть какой-то влаги. Влажные пятна, потеки, даже скопления плесени — все это казалось желанным миражом. Увы, пока что пещера щедро одаривала лишь сухой пылью и раскаленным воздухом, напоминая о недавнем пожаре. В голове пульсировала мысль: "Вода, вода… любой ценой". Каждая мышца болела, но страх смерти от жажды заставлял двигаться дальше. Бросив красный кристалл, на опыте я прикасаюсь уже к синему. Мана стала конденсироваться у меня в руке в живительную влагу.
Эта жидкость будоражило моё сухое тело, которое так хотело воды. Я пил не спеша, чтобы лучше напиться и растянуть момент удовольствия, не смотря на внушительный запас. Каждая клетка тела, казалось, ликовала, впитывая влагу. Забыв обо всем и о усталости, я просто наслаждался моментом, чувствуя, как возвращается жизнь. Мир вокруг перестал быть размытым маревом. Я снова видел нормально, даже мелкие камешки под ногами обрели четкость. Дыхание стало ровнее, сердце билось спокойнее. Жидкость эта была не просто водой, она была спасением. Порыскав в сумке, я нашёл пустую флягу, которую сейчас можно было использовать. Вода стала стекать в неё и так пока она не заполнила её. Впереди была "дорога", долгая и трудная, но теперь у меня были силы, чтобы ее пройти. И все благодаря этой драгоценной влаге, что вернула меня к жизни. Я взглянул на флягу с благодарностью, понимая, что в этом суровом месте даже обычная вода может стать величайшим сокровищем. Мана также практически полностью восстановила весь свой резерв. И кроме всего остального, я был готов идти дальше.
Кристалл крови. 8321 единицы
Праны в этом кристалле было очень много, причём она была ещё и очень хорошего “качества”. Я бы мог предположить, что десять единиц энергии из этого кристалла могут ровняться тысяче из моего запаса. Проще сказать при одинаковом количестве, моя жизненная сила будет намного слабее чем эта. Это ещё сильнее ускоряло моё лечение, во всех плоскостях. И ещё раз прана меня спасает из рук смерти. Её лечебная сторона мой оберег от окружающих меня невзгод. А естественная смерть ко мне подберётся ещё не скоро. По моим подсчётам за пятьсот лет, можно очень многое сделать. Правда это как иногда бывает во всяких страшилках или рассуждениях на тему “Бессмертие — это благословение или проклятие”.
Хоть натурально бессмертным вряд ли кто-то мог быть, но старение даже я начинаю потихоньку игнорировать. Я больше склоняюсь к мысли по середине этого вопроса. Без возможности умереть, открывается большое количество возможностей. Безусловно, бремя вечной жизни, сопряженное с бесконечным наблюдением за увяданием всего, что любишь, выглядит ужасающе. Но и перспектива стремительного, закономерного конца заставляет цепляться за каждый миг. Поэтому я выбираю золотую середину. Долголетие, позволяющее накопить опыт, знания, развить таланты и вложить их в будущее, но с возможностью выбора, с правом на достойный уход, когда приходит осознание исчерпанности. Возможность остановиться, когда видел достаточно, когда миссия завершена, когда боль становится невыносимой. Эта опция делает долголетие не проклятием, а невероятным даром. Даром познания, созидания и любви, ограниченным лишь собственным желанием. Я вижу это как путь, полный открытий, но не как бесконечную петлю. Путь, который можно завершить по своей воле, оставив после себя след, а не изможденную тень. И, наверное, это и есть то самое благословение — возможность выбора, возможность жить долго и счастливо, но не вечно.