С правой стороны стены двигались многочисленные секции многоярусной кровати, лица людей, лежавшие в них, показались мне знакомы. Я силился, вспомнить каждого из них, но секции перемещались с разной скоростью и настолько быстро, что все лица сливались в сплошные линии. «Похоже на какую-то компьютерную игру…» – подумал я. Неожиданно все замерло, как в зависшем ноутбуке. На стене, где только что были движущие секции, появился большой, вогнутый вовнутрь экран, на нем было видно темное изображение двух бегущих силуэтов. Сразу же под экраном появился проем, из которого вприпрыжку выскочила голая девица, с длинными как у русалки волосами. За ней выбежал маленький человечек в черном смокинге. Он ухватил девицу за руку, и они быстро побежали вдоль туннеля. Через минуту в проеме стены появился какой-то субъект, с трудом передвигающийся на ходулях. Увидев удаляющую парочку, он отстегнул ходули и резким движением вытащил из кармана пистолет. Прицелившись, он выпустил всю обойму в сторону беглецов. Поняв, что со стрельбой опоздал, он сел на дороги перед нами и зарыдал, стуча кулаком по асфальту.
– Долго мы будем смотреть на твои сопли? – теряя терпение, спросил его Даниель.
Человек поднял голову, злобно оскалив зубы и, вытерев слезы рукавом пиджака, прорычал:
– Ах ты, грязный пес, заткни свой черный рот! – подняв одну ходулю, он ударил ею Даниеля по голове.
От удара ходуля разлетелась в щепки. Даниель почесал шишку на голове и, обернувшись ко мне, спросил:
– Ты что-то понимаешь, Алекс?.. Что тут происходит?
И тут уже, я возмущенно, теряя терпение, громко сказал:
– Какая тебе разница, Даниэль?! Скажи спасибо, что отделался шишкой, а не пулей в заднице! Или мы едим дальше, или ты меня сними с этой чертовой железяки! У меня уже пальцы на руках онемели…
Даниэль удивленно посмотрел на мои руки, смачно сплюнул и стал крутить педали с удвоенной энергией. Набрав скорость, мы поравнялись с убегающей парочкой. Девица мельком взглянула на нас и, просунув руку мне под одеяло, стала пытаться, за что-нибудь уцепиться. Нащупав мой стоящий пенис, она начала его мастурбировать. Возбуждаясь, она резко приоткрыла мое одеяло и, запрыгнув на меня, села спиной ко мне, увлекая пенис в себя. Ее стоны привлекли внимание Даниеля, он обернулся и раздраженно сказал:
– Нашли время, когда этим заниматься!
После его слов, девица схватила Даниэля за голову, и укусила за ухо. Кровь брызнула на одеяло, растекаясь по его шеи. Смеясь и сильно прогнувшись назад, она стала еще быстрей двигаться на мне. Я летел уже в какой-то сладостной эфории, все время чувствуя аргазм. Человечек в смокинге по-прежнему бежал рядом, пытаясь ухватить девицу за руку. Сильно подпрыгнув, она перевернулась в воздухе и неожиданно ударила его ногой по голове. На двигающимся телевизионном экране, теперь уже висящем впереди нас, я увидел как он, теряя равновесие, отстает и падает под колеса движущего за нами автомобиля. Раздался визг тормозов, душераздирающий крик пронзил воздух. Опустив голову вниз и вздрогнув, девица застыла на мне, постепенно превращаясь в ледяную статую. Даниель повернулся к нам с молотком в руке, и резким движением ударил им по статуи. От удара она рассыпалась на маленькие ледяные кристаллики – они медленно оседали на мне, покрывая тонкой коркой льда. Я почувствовал, как холод пронизывает меня, как начало замерзать мое тело. И тут, с нами поравнялась собака, лая, она пыталась мне что-то сказать. Приглядевшись, я узнал в ней Оскара, которого два месяца назад выгуливал в Лос Кристьянос, на Тенерифе. Изловчившись, Оскар запрыгнул на меня и начал слизывать с меня корку льда, преданно заглядывая мне в глаза. Постепенно тепло начало возвращаться в мое окоченевшее тело. Пытаясь оторвать руку от багажника, чтобы погладить Оскара, я начал погружаться в загадочный сон…
Проснувшись от яркого света, я увидел перед собой песчаные дюны и голубое безоблачное небо. Даниэль по-прежнему крутил педали. Впереди нас двигался длинный караван верблюдов, по бокам которых весели кожаные бурдюки с водой и тюки с поклажей. Погонщики, в длинных халатах с тюрбанами на головах, погоняли их плетьми. Дул сильный горячий ветер Калима, песок забивался повсюду, резал глаза, щекотал ноздри. От удушающей жары я сбросил с себя одеяло. Когда мы поравнялись с караваном, один из ударов плетью пришелся мне по ноге. Я вскрикнул от ужасной боли. Двугорбый верблюд, который в этот момент был рядом со мной тут же плюнул мне в лицо. Плевок стал расползаться по лицу, залепив мне рот. Толкая ногой Даниеля в спину, я силился, привлечь его внимание, говорить я не мог. Дунув изо всех сил, я почувствовал, как верблюжья слюна стала надуваться шаром на моих губах, быстро увеличиваясь в диаметре. Вскоре этот шар понес нас над пустыней, поднимая все выше и выше вверх.
– Что ты делаешь? – испуганно закричал Даниель, глядя вниз и, повернув голову в мою сторону, отчеканил:
– Проколи чем-нибудь этот дурацкий шар!
