– Как я могу его проколоть, если даже пальцем пошевелить не могу! – пытался сказать я. Но мой голос оставался в шаре, перекликаясь словно эхо.
Даниель выдернул спицу из переднего колеса и проколол ею шар. Раздался оглушительный взрыв, и мы полетели вниз… Уже на песке я увидел, что на мне разбросаны окровавленные куски мяса от верблюда. Даниель, не обращая внимания на меня, продолжал крутить педали. Скорость велосипеда заметно падала, колеса пробуксовывали в песке.
– Остановись, передохни, и заодно перекусим… – предложил я.
– Если мы остановимся, нас засипит песком! – резонно заметил он.
Вдалеке появился силуэт типичного арабского города. На фоне безоблачного неба, позолоченные купола мечетей ослепительно блестели на солнце.
– Там, в городе передохнем, – сказал Даниель, тяжело вздохнув.
Колеса велосипеда медленно крутились, все больше погружаясь в песок. Жажда мучила меня… Запах мяса привлекал внимание стервятников, они высоко кружились над нами, не решаясь приблизиться. Даниель отстегнул ружье, висевшее у него на поясе, и начал стрелять по птицам. Одна из них камнем упав на Даниеля, когтями сорвала с его головы кепку, и улетела в сторону города, постепенно превращаясь в маленькую точку на горизонте. От прямых попаданий Даниеля несколько птиц разлетелось в клочья. Перья кружась, опускались на песок и на меня, облепливая мне голову. Я чувствовал себя все это время в каком-то раздвоенном виде: одна моя часть была здесь, другая как будто смотрела на происходящее со стороны…
Невзирая на несколько часов нашей езды, город по-прежнему оставался где-то далеко. И тут меня осенило:
– Даниель, город вдалеке – это всего лишь мираж!
Посмотрев на меня, он сказал:
– Я не понимаю, Алекс, зачем ты нацепил на себя этот маскарадный костюм?.. – и, немного подумав, добавил: – Из этой пустыни нам уже не выбраться! Это конец!
– Какой костюм? И почему конец? – удивился я. – Больше оптимизма, Даниель!
– Вот мы поменяемся с тобой местами, тогда и поговорим об оптимизме. Ты-то все время лежишь.
– Смотри, смотри, Даниель! Я вижу море впереди, мы спасены!..
Когда мы оказались на берегу, Даниель стал крутить педали быстрей обычного, набирая скорость. Вскоре, велосипед легко заскользил по глади воды. Только теперь я увидел и почувствовал, что моя кожа покрыта красными пятнами от солнечных ожогов. В морской воде они вызывали сильное жжение и боль. Видя такое изобилие воды, я особенно остро ощущал жажду. Сбоку от нас я увидел плавники акул, видимо, привлеченных запахом крови. Набегавшие волны смывали с меня песок, перья и куски мяса верблюда. Кружась вокруг нас, акулы пожирали его. Я в ужасе закричал:
– Акулы, Даниель!
Даниель посмотрел по сторонам, потом отстегнул свое ружье и сделал два выстрела в сторону акул.
– Это конец! Патронов больше нет…
– Да что ты все зарядил, конец, да конец… Надо что-то предпринять?
Одна акула вцепилась челюстями в переднее колесо велосипеда. Даниель попытался отбить у нее колесо прикладом ружья, но другая небольшая акула, выпрыгнув из воды, схватила челюстями ружье и исчезла с ним в глубине. Руки мои, уже давно онемевшие, каким-то чудом держались за багажник велосипеда. Я боялся, что отпустив его, в этот самый неподходящий момент, окажусь в воде наедине с акулами.
Неожиданно зазвучала сладкая музыка, доносившаяся откуда-то из глубины моря. Акулы, окружавшие нас, мгновенно исчезли. Из воды вынырнули сказочной красоты русалки. Одна из них смеясь, подплыла к нам и сбросила меня с велосипеда.
– Вот это конец, Даниель! – успел сказать я, все глубже погружаясь в воду. Плыть с онемевшими руками я не мог и отдался в руки судьбы. Перед глазами замелькали лица близких мне людей, отрывки прошлого, сознание покидало меня…Очнулся я от чьего-то прикосновения, открыв глаза, я увидел перед собой русалок. Они плыли рядом со мной, держа меня за руки с двух сторон. На удивление я спокойно дышал в воде и хорошо видел окружающий нас подводный мир. Над коралловым рифом, мимо которого мы проплывали, кружились, с невероятною синхронностью, стайки разноцветных рыбок. Чуть дальше на песке лежало переломанное пополам ружье Даниеля. Впереди среди камней была кованая дверь, облепленная ракушками. Одна из русалок легко толкнула ее, и мы заплыли вовнутрь. Это был грот в скале со светящимся сводом. Русалки стали таять на глазах, оставляю после себя маленькие пузырьки воздуха, медленно поднимающиеся вверх. В этот момент, вода стала убывать, обнажая горный пейзаж.
