Тихий дом – небольшое аккуратное бунгало среди деревьев на улице Мадам-Кама-роуд – освещал одинокий фонарь, и железная изгородь отбрасывала тень на дорогу. Персис посмотрела на часы – десять вечера, – а потом окинула взглядом улицу. Ни души.
Калитка была не заперта. Персис толкнула ее рукой и оказалась в небольшом внутреннем дворике. В фонтане без воды резвилась бетонная нимфа. Персис постучала в дверь. Никто не ответил. Окно было завешено шторой.
Персис задумалась. У нее было три варианта.
Она могла позвонить кому-нибудь из коллег, Бирле или Фернандесу, но это означало, что придется звонить им домой. Она сразу отринула эту мысль. Скорее в аду пойдет снег, чем она станет звонить Фернандесу, а Бирла говорил, что вечером у него семейное застолье. С другой стороны, можно было позвонить в ближайший полицейский участок и узнать, нет ли свободных дежурных, но эта идея ей тоже не понравилась.
Она не хотела выставлять себя и Малабар-хаус беспомощными.
Наконец, можно было уйти и вернуться завтра, но этот вариант даже нельзя было по-настоящему считать вариантом.
Входя на участок, Персис заметила рядом с домом высокие деревянные ворота – наверное, за ними тянулась дорожка на задний двор. Персис перекинула сумочку через забор, подтянула платье повыше и стала забираться наверх. Ночную тишину нарушил резкий звук рвущейся ткани, и Персис, перевалившись через ворота, тяжело приземлилась с другой стороны.
Она выругалась, встала и отряхнула одежду.
Платье за что-то зацепилось, и юбка спереди была разорвана так, что стали видны чулки и даже уголок нижнего белья.
Персис подняла с земли сумочку и направилась к дому.
Сад утопал в зелени. Повсюду росли кусты и цветущие деревья, в воздухе стоял тяжелый запах жасмина. Над террасой темнели французские окна. Стеклянная дверь была заперта.
Оглядевшись, Персис увидела неплотно сидящий в земле возле клумбы кирпич, достала его и после секундного колебания разбила стекло. Потом просунула в дыру руку, открыла дверь изнутри и вошла.
В доме было темно. Персис двинулась вдоль стены, нащупывая выключатель.
Первая комната оказалась гостиной: диван, граммофон, шкафы с книгами, на полке толпились экзотические животные из стекла и бронзы. Дальнюю стену занимали масштабные абстрактные пейзажи из красных и желтых фигур.
За небольшим коридором с напольными часами располагались еще три комнаты – кухня, ванная и спальня. В ванной было чисто, в спальне – уютно. Комод с зеркалом был завален баночками с кремами и разными приспособлениями для макияжа, о существовании большинства из которых Персис даже не подозревала. Кровать была двуспальная, на полке стояло еще больше безделушек. На самом деле каждая поверхность в комнате была чем-нибудь занята.
Персис обыскала комнату, но ничего не нашла. У Франсин была потрясающая коллекция платьев, туфель и ночного белья – в том числе довольно шокирующих шелковых гарнитуров, – но ничего больше. В одном из ящиков комода лежала папка с бумагами и счетами, но в них тоже не было ничего интересного.
Персис положила папку на место и продолжила поиски.
На кухне нашлись круглый ореховый стол, заполненный едой холодильник и несколько деревянных шкафов с множеством тарелок, кастрюль и столовых приборов.
Вдруг что-то привлекло ее внимание.
Персис встала на колени и вгляделась в пол под столом.
У одной из задних ножек лежал крохотный осколок фарфора. Персис провела пальцем по острому краю. Осмотревшись, она заметила в углу кухни корзину для мусора. Внутри их лежало еще больше. Это были осколки чашки.
Персис еще раз обвела взглядом комнату. На передней ножке стола виднелась зазубрина, на дверце холодильника, в самом низу, небольшая царапина.
На Персис накатила волна тошноты. Здесь произошла схватка. И даже больше, чем схватка. В комнате чувствовалась скрытая ярость, и теперь она поняла почему. Она вдруг с полной уверенностью ощутила, что Франсин Крамер убили именно здесь.
На мгновение Персис перенеслась в прошлое, превратившись в бесплотного зрителя, наблюдающего за развернувшейся в комнате сценой.
Тем вечером Франсин развлекала мужчину. Может быть, они пошли в спальню и занялись любовью. Потом она переоделась. Наверное, в костюм для
Потом убийца быстро навел в доме порядок и отвез тело на железную дорогу у станции Сэндхерст-роуд, чтобы поезд уничтожил следы его преступления.
Персис отчетливо видела Франсин за мгновение до смерти – глаза, выкатившиеся из орбит, раскинутые в стороны руки. Образ был таким реальным, что, казалось, можно было его коснуться.
Персис приняла решение. Ждать было незачем.
