На счет этих самых «волн централизации», надо пояснить. Вообще, если говорить образно, в историческом масштабе наблюдается некое «дыхание» государственной структуры – оно то централизуется, это своего рода «вдох», и децентрализуется, это своего рода «выдох». Вот наше сотрудничество с Управлением и выпало на начало фазы «вдоха». Самое примечательное здесь то, что все периоды централизации в нашей стране были связаны с очень негативными событиями: войнами и различными кризисами. Понятно, что в случае войны централизации не избежать, да и нельзя, наверное по другому воевать. А вот в случае с другими кризисами, сама централизация их и порождала. Вот и в нашем случае мы заключили, что раз войны, к великому счастью, ничего не предвещает, значит будет очередной внутригосударственный кризис. Осталось только понять с чем он будет связан и в чем он будет заключаться. А сверхзадачей было понять, как избежать или минимизировать последствия этого «дыхания», ведь без него государство «задохнется».
Если говорить о фазах централизации и их негативе, то и при фазах децентрализации было полно малоприятных моментов, мягко говоря. Хотя, если сопоставлять напрямую «вдох» и «выдох», то больший позитив наблюдается именно во втором случае. Оно и понятно, ведь, например, удары в боевых искусствах делаются на выдохе, так достигается наибольшая эффективность удара. Но, что мы перебрали с аллегориями. Если кратко подытоживать, то в подавляющем большинстве случаев централизация всегда сопровождается и серьезной мобилизацией госаппарата. Только вот для чего была эта мобилизация, нам на тот момент не было понятно. Поэтому мы в режиме «для себя» начали прикидывать различные варианты развития подобной ситуации.
И какие же сценарии вами рассматривались в первую очередь?
Таких сценариев было всего два: первый и самый явный – внешняя угроза, второй – прореживание государственного аппарата. На самом деле, к этим сценариям было прийти достаточно просто. Особенно, если учесть, что это была середина электорального цикла, которая практически исключала все движения, связанные с заменой, подменой или сменой правящей верхушки. Мы склонялись к тому, что второй сценарий был наиболее вероятен, так как для внешней угрозы было ну очень мало предпосылок, даже если их «притягивать за уши». А вот возможные причины возможного прореживания государственного аппарата нужно было понимать. Мы сошлись на трех главных факторах этого процесса: растущая очень быстрыми темпами виртуализация и автономные синтетические интеллектуальные системы, высокая степень подконтрольности жизнедеятельности, нехватка человеческих ресурсов в реальном секторе. Все эти факторы напрашивались сами собой. Только вот до этого, даже при наличии этих факторов, госаппарат планомерно разрастался, вопреки всему, так что у нас не было уверенности в реалистичности данного сценария, поэтому мы выработали еще и третий. Этот сценарий основывался на переворачивании нашей логики в возможную логику верхов, на основании нашего сверхбогатого опыта общения и взаимодействия с ними. По нему получалось, что все эти мобилизационные процессы нужны были для окончательного и бесповоротного закрепления их в текущих статусах. Проще говоря, нами рассматривалась еще одна попытка реализации давней мечты многих поколений верхов – «передача должности и статуса по наследству». И в эту логику наши задачи, связанные с Управлением, вписывались очень гармонично.
Это означает, что третий сценарий оказался верным?
Не совсем, точнее, в будущем сам поймешь и сделаешь выводы. Конечно, мысли о возрождении «престолонаследия» в головах верхов присутствовали всегда, иначе это были бы не они. Но, на тот момент мы сконцентрировались на вопросе – к каким последствиям это может привести. Кстати, в этом вопросе мы пришли к выводам, что последствия не будут однозначно негативными или однозначно позитивными, а самое примечательное, что наши изыскания не показали каких-либо существенных изменений для той части населения, которая не относится к государственному сектору. Что это означало для нашей деятельности? Все просто – ни смотря ни на что мы должны были выявлять и устранять максимально возможное количество неэффективностей, перекосов, саботажей и так далее. Иными словами, ничего не поменялось, кроме одного – понимания того, что всю нашу деятельность, в случае необходимости, обязательно используют и против нас, для реализации своих корыстных намерений. Также, как это было с Лобовым, только в гораздо более экстремальном варианте. Вот с такой вот установкой и новыми вводными мы продолжили свою деятельность.
И каковы были первые существенные для вас результаты?
