Шилов: А можем мы услышать полностью весь перечень того, что вменяется нам в вину? Пока я слышу, что-то вроде: «Да, вы увеличили поступления в бюджет, практически ничего из него не взяв, но методы ваши нам все-равно не нравятся…»
Лобов: Авдей Наумович, не в Вашем положении дерзить. А что касается перечня претензий, подчеркну, пока претензий, то я его и пытаюсь озвучить. И пройдет этот процесс гораздо быстрее, если Вы не будете комментировать каждый пункт.
Шилов: Молчу. Перечисляйте…
Лобов: Значит, по социальной обстановке понятно – жители малых территорий, фактически, лишены общегосударственных благ. Далее, по политической обстановке. Вот есть же позитивный пример с «ДВиК», которое позволило собрать энергичных, политически активных людей и направить этот потенциал в позитивное русло. И все было нормально, пока я лично занимался управлением движения. Но нет, как только я переключился на стратегические задачи, Вы проморгали целое крыло враждебных анархистов. И понятно почему, потому, что занимались какими-то аферами с сомнительными коммерческими структурами (это он про кооператоры и интеграторы). Про показатели инвестиционного климата я и вспоминать даже не буду. Этого уже достаточно для серьезных обвинений, в частности во вредительстве в государственных масштабах. Но, как я уже говорил, учитывая ваши экономические заслуги, мы с коллегами решили обойтись серьезными дисциплинарными мерами. У Вас есть, что сказать по этому поводу?
Шилов: Прошу внести в протокол слушаний, данный цикл мероприятий мной лично воспринимается исключительно, как формализация процесса отстранения меня и моих сотрудников от управления программой по капитализации малых территорий и государственно-общественных инициатив. Все, якобы деструктивные факторы, перечисленные Вами, надуманы и интерпретированы в вашу пользу. В связи с этим, не вижу смысла отвечать на предъявленные Вами доводы. Также прошу провести все мероприятия в отношении нас в ускоренном формате…
Лобов: Господин Шилов, Вы, как никогда, чрезмерно много себе позволяете. Как нам поступить в отношении вас, мы разберемся сами. А Ваша поспешность и категоричность привела Вас к нынешнему положению, и не только Вас, но и ваших сотрудников. Мы спешить не будем – мы люди ответственные, поэтому все необходимые процедуры пройдут в полноформатном режиме. Что же касается Вашего нежелания отвечать на поставленный вопрос, то это Ваше право, это действительно сэкономит много времени.
Шилов: А что тут отвечать? Пускай независимая экспертная группа проведет соответствующие оценочные мероприятия, тогда и видно будет степень «деструктивности» наших действий. Только группа должна быть реально независимой, и реально экспертной.
Лобов: Опять эти Ваши намеки и полунамеки. Если прямо отвечать отказываетесь, то и принимать во внимание подобные суждения мы не будем. Нет ответа? Тогда продолжим…»
Дальше Шилов молчал, а Лобов продолжал «навешивать» все, что мог навесить. Нет, мы не сдались, мы готовились к следующему бою, окончательно поняв план действий противника. Аппарат же, в лице Лобова, нашел в Авдее Наумовиче и в нас вместе с ним, идеального кандидата на роль «крайнего». Тут надо отдать должное дальновидности Евгения Генриховича в вопросе наделения Шилова функцией «эффективного громоотвода», мы о ней упоминали. Воспользовались ей верхи в самый нужный момент, с самым максимальным эффектом.
Это точно, эффект очевиден даже для меня, через некоторое время. А что же на счет «ответного удара» Шилова?
