— Мужчина знает обо мне? — заинтересовано спросила она, наклонив голову. — Ах, понимаю. Ты один из сбежавших и пришёл отомстить? Или хочешь вернуть ребенка, если он ещё жив? А храм тогда зачем разрушил?
— Чтобы вы больше не убивали детей.
— Как благородно, — удивилась она. — Ты не знал, что я могу восстановить алтарь? Это не проблема. Мои силы безграничны.
— Самоуверенности тебе не занимать. Но, перед тем как начнем, — сказал Тим, — ответь. Это того стоило? Приносить в жертву детей, чтобы обрести силу?
Женщина улыбнулась и атаковала. С её ладони сорвался золотой луч.
Тим отбил его щитом под углом. Луч отразился и ушёл в небо, к облакам.
— А ты не так прост? — женщина, казалось, наслаждалась происходящим.
Тим потянулся к повязке. Стащил её. Открыл второй глаз.
Взглянул на королеву.
— Умри, — просто сказал Тим.
И она — умерла.
Тиму пришлось потрудиться, чтобы найти сына. Хариша много чего перед смертью поведала. Мальчики в этом обществе на вес золота. В полгода их отбирали у матерей и отправляли в тайное место, где скрывали от других.
Где это место находится, Хариша не знала. Зато она назвала ту, кто в курсе. Обычную женщину-распорядительницу. Даже не аристократку.
Тим нашёл её. Заставил ответить на вопросы. Его пыталась остановить стража, но он убивал безжалостно всех, кто участвовал в кровавой машине по уничтожению детей.
Узнав место, он отправился туда. На далекую ферму, защищенную от остальных.
Своего сына он узнал сразу. Малыш уже научился сидеть. Он не плакал и посмотрел с интересом, когда пришёл Тим.
Мужчина замер. Сглотнул.
Он впервые видел своего ребенка. Других его детей среди мальчиков не было.
— Пойдешь со мной? — спросил Тим, протянув руки.
Мальчик нахмурился, будто всерьез обдумывал это предложение. После чего поднялся и подался руками навстречу. Тим бережно подхватил его.
Он впервые держал на руках ребенка. Своего ребенка.
Отправившись на выход, Тим остановился рядом с нянькой, которая присматривала за детьми. Женщина в ужасе вжималась в стену.
— Я убил вашу королеву и всю аристократию, — сказал он тихо. — Разрушил храм. Больше вы не сможете проводить ритуалы. Нет причин убивать мальчиков. Но, если кто-то продолжит… — от его тона женщина побледнела, её ноги подкосились, и она начала сползать по стене, — я вернусь и уничтожу всех.
Сказав это, мужчина ушёл. Вместе с сыном.
Тим с Лейлой, которая держала сына на руках, остановился у огненного мира.
Остановился не просто так. Он видел, что впереди кто-то идет. Не враг. Кто-то знакомый.
Вскоре недалеко от них приземлился беловолосый парень.
— Тим? — неуверенно сказал Спар. — Ты…
— Это я, — подошёл Тим.
Какое-то время они стояли друг напротив друга, а потом что-то надломилось, и двое мужчин крепко обнялись.
— А это кто? — спросил Спар, кивнув на женщину.
— Это моя жена и сын. Долгая история…
По улицам расползаются слухи, что легендарный ныряльщик, сам Черный мастер, объявляет набор учеников.
В назначенный час тысячи добровольцев собираются в одном месте. Но сколько из них попадут на испытание и смогут выжить, пройдя его? И при чем здесь камни, ради которых люди готовы рискнуть жизнью и пойти на любую подлость?
На старом, заброшенном вокзале собралась пара тысяч человек. Прибывать они в это место начали за три дня до назначенного времени. Кто-то приходил группами, кто-то по одиночке. Были и те, кто объединялся в компании прямо на месте.
Те, что явились слишком рано, но поздно, для того чтобы занять место в здании под пусть и частично разрушенной, но всё же крышей, вынуждены были ютиться под открытым небом или искать место в соседних домах.
Про то, что пара десятков человек погибли в стычках, собравшиеся если и думали, то недолго. Как и про то, что ещё несколько десятков бесследно исчезли в поисках ночлега.
Основная масса людей прибыла в последний день. Толпа собралась настолько плотная, что трудно было протолкнуться. Раздавались крики, ругань, оскорбления. Стоял устойчивый запах нечистот. Туалеты на вокзале не работали так же давно, как и сам вокзал. Негде было справить нужду, и мало кто утруждался тем, чтобы отойти подальше. Это было небезопасно, твоё место тут же займут, да и попробуй ещё протиснуться, чтобы не нарваться.
Парадоксально было то, что с первых же минут среди людей царило недоверие. Если бы кто-то наблюдательный задался целью подсчитать, то с удивлением обнаружил бы, что в каждой компании есть скептик, нагнетающий нервозность и делающий это вслух. А будь наблюдатель проницательнее, то увидел бы, что сомневаются и те, кто молчит. Парадокс же в том, что почти никто не верил в обещание, считал его обманом и разводкой, но всё равно пришёл сюда. Даже учитывая то, что для этого потребовалось заплатить караванщикам и ехать через дикие земли, рискуя жизнью и свободой, чтобы оказаться в чужом пригороде, а потом топать в заброшенную его часть. Некоторые пришедшие, несмотря на неверие, отдавали последние деньги, чтобы добраться сюда.
Вот такой вот, парадокс.
