Книга-эпилог-прощание с серией. Эта книга для тех, кто хочет узнать, как складывалась жизнь героев после того, как Спар все свои главные геройства уже совершил.Почти все. Немного погеройствовать ему всё же придется. Ведь как иначе, когда у тебя дети подрастают, а брат - юный темный властелин?
Наше с Марией возвращение в который уже раз всколыхнуло спокойное течение жизни в поместье. Оно и без того нарушено было. Слишком активно я действовал в последние дни, постоянно таская пленников на допросы. Все понимали, что происходит что-то важное, а потом раз, и я притаскиваю Грозу, которая не в себе, при этом держит на руках ребёнка.
Первой появилась Тамара. Возникла прямо рядом с нами, отчего Мария испугано дёрнулась.
— Мама? — неуверенно спросила ситкартка. — Это…
Тамара подзависла, увидев ребёнка. Я не видел выражения её лица, но считывал малейшие реакции и чувствовал, как девушка напряглась, как озадачилась и нахмурилась.
— Тамара? — жалобно и неуверенно спросил Мария.
— Что с тобой? — забеспокоилась ситкартка. — Почему ты так реагируешь? Ты родила? Это мой брат? А где отец?
— Люция я не нашёл, — ответил ей. — Мария не в себе. Ей промыли мозги. Ребёнок её, по всей видимости.
— Конечно, это мой ребёнок! — вспылила женщина, но тут же схватилась за голову от боли. — Раскалывается…
— Сейчас мы тебе поможем, — сказал я мягко. — Только давай без резких движений. Тамара, предупреди Розу и Василису. Всех остальных убери. Чем меньше раздражителей сейчас, тем лучше.
Тамара исчезла, а я довёл Марию с ребёнком до поместья, где нас и встретили.
— Это Василиса и Роза, — напомнил я Грозе. — Мои жены. На своих племянников позже посмотришь, сейчас нам надо понять, что с тобой происходит, — сказал я, проведя женщину в зал и усадив на диван.
— Не подходите ко мне, — сказала испуганно Гроза.
Видеть её такой было… неприятно. Мои жены тоже замерли в стороне, не зная, как реагировать.
— Спокойно, — продолжил я говорить мягко, насколько умел. — Хочешь воды? Поесть? Тамара, поделись шоколадом. Мария, ты его любишь, помнишь?
Тамара тут же достала шоколадку. Гроза уставилась на неё недоуменно, но кусочек всё же взяла и, как ни странно, расслабилась. Банальный приём психологии. С точки зрения нашего организма, если ты ешь, значит, не всё так плохо, напрягаться не стоит.
Слово за слово я попытался прощупать границы адекватности Марии. Получилось не особо. Внезапно ребёнок заплакал, перед этим издав характерные звуки. Ничего такого, просто маленький тёмный властелин изволил сходить в туалет. Даже не знаю, что и сказать. Меня это скорее успокоило, чем напрягло. Мария тоже включилась. Как и мои жены. Быстро нашлись пелёнки, где помыть грязную задницу будущего бога, а также люлька, погремушки, одежда и всё прочее. Они ещё и накормили мальца, после чего тот благополучно уснул в люльке. Мы же вернулись к разговору с Марией, но снова не достигли успеха, потому что она вскоре отключилась. Глаза закатились, и она завалилась на диван.
— Спар… — протянула Роза. — А что вообще происходит? Мы немножко в шоке, если что.
— Я сам немножко в шоке, — ответил я. — Нашёл её в одном, скажем так, дальнем месте. Люция не обнаружил. Как и его следов. Остальное вы сами видите, ничего дополнительно не скажу.
— Не хочу показаться циничной засранкой, но невменяемая Мария… — медленно проговорила Роза.
— Угроза для всех, — закончил я мысль. — Понимаю. Буду за ней присматривать. Ты ведь не сомневаешься, что рядом со мной её здесь нахождение безопасно?
— Я лишь обозначила очевидную угрозу, — мягко ответила Роза. — Её разум сейчас представляет сплошной хаос. Страшновато туда влезать. Как бы хуже не сделать.
— А куда деваться? Другого специалиста по мозгам у нас нет. Василиса, ты пока осмотри Марию и ребёнка на предмет здоровья. Грозу погрузи в целебный сон. А ты, Роза, давай аккуратно. Нужно её хотя бы немного в чувство привести.
— Жесть какая, — высказалась за нас всех Тамара.
Жены взялись за дело. Здоровье, что у Марии, что у мальчишки, оказалось отменным. И да, глаза у ребёнка были зелёные, самые обычные. Никаких других существенных отличий замечено не было. Что касается разума — как и сказала, Роза там обнаружила ту ещё кашу. Множество закладок, шрамов и внушений. Сказала, что разбираться с этим долго придётся, но попробует стабилизировать состояние Марии.
Я своими методами тоже проверил. Во время эвакуации как-то не до этого было, а сейчас… Доступно мне не так много, здоровье и разум не моя стезя, а вот изучить чужой дух — это я мог. Не буду вдаваться в подробности, как сканировал их, но обнаружил кое-что искусственное. Что-то, очень напоминающее метки прямо на духовной оболочке. Едва заметные, и сомневаюсь, что кто-то, кроме меня, обнаружил бы их. Запомнив символ, я стёр это наносное. На состояние женщины и ребёнка это никак не повлияло.
Мария пришла в себя только на следующее утро. Мы с ней поговорили.
— Я тебя помню, — сказала она мне. — И не помню. Задумываюсь об этом, накатывает какое-то воспоминание, но резко обрывается. Ассоциации нарушены…
— Допустишь Розу к себе?
— А у меня есть выбор? — как-то обречённо и мрачно спросила Гроза.
Эта её интонация мне понравилась куда больше. Так она походила на себя прежнюю.
