-"Ну и дела думал Максим...?! То я, с этой своей службой, частенько загуливал и выпивал со всякими пройдохами..., то теперь уже Инна...! Смена караула.... Хотя вроде у неё, никакой такой "службы...", нет и в помине...! Ну, ладно я...мужик, как говорится грубое, неотёсанное существо...вроде бы, чего с него взять-то...?! А тут слабая, хрупкая женщина, стала уподобляться этому мужлану...! Во-о-о метаморфоза..!"
Они сейчас с Максимом как бы поменялись ролями. Теперь уже он, не редко посматривал на ту же самую дорогу, высматривая Инну, на которую совсем еще недавно смотрела она, дожидаясь Максима. Вот такие повороты судьбы! Жизнь..., штука Непредсказуемая! И не Прогнозируемая.
А эта самая жизнь, и все обстоятельства, которые складывались не сами по себе, и, конечно же, не без участия и помощи Максима, выбили Инну из колеи. Она съехала на обочину. Её, понесло по придорожным кочкам, которые желая того, или нет, мастерил сам Максим. Инна, всё чаще ругалась с Максимом, и с каждым днём, они всё дальше и дальше отдалялись друг от друга. Инна, уже, как это было раньше, не сидела дома и больше не ждала Максима. Её сейчас и саму было частенько трудно застать дома. Дети теперь нередко находились у бабушки с дедушкой и Инна с Максимом были предоставлены каждый, самому себе. Они уже не шли вместе в одну общую сторону одной дорогой.
Теперь, они, уже каждый в отдельности, шел, или брёл неизвестно куда, а точнее, просто ковылял, спотыкаясь на каждом шагу, своей личной и очень опасной, почти, что горной тропинкой, в ожидании того, что недалеко то время, когда всё равно придётся сорваться и рухнуть вниз. В пропасть....
В воздухе всё отчётливее пахло семейной грозой, а возможно даже и ураганом....
И, что должно было случиться, то и случилось...! Инна изменила Максиму.
Максим из исключения из Правил, торжественно перекочевал в Общее Правило, ко всем остальным мужикам. Или к их подавляющему большинству. Для качественного улучшения породы, этого разухабистого, разудалого и развесёлого по-своему, мужского, рогатого стада.... Уточнение несущественно, комментарии излишни. Скупая слеза не каплет на грудь. Вот такие дела друзья мои...!
Когда Максим узнал об этом, то какое-то время он вообще не мог даже соображать. Начисто отшибло все его мозги.
Измена...! Боже ты мой...! В голове у него это просто не умещалось, никак не укладывалось. Ему уже второй раз в его жизни изменила женщина. Теперь у него рога не просто красиво и гордо росли вверх. Они у него попросту свисали под собственной тяжестью аж до самой земли. Но первая Вика, даже официально не была его невестой. А тут собственная жена, так сказать плоть от плоти, родная кровь! Где же справедливость...!? Где порядок!? Куда всё это подевалось, чёрт бы всех побрал!? И куда, эта милиция смотрит...! Она бережёт нас, или нет...!? И где все эти долбанные силовые "структуры", правительство, да и профком заодно тоже...! Твою собственность, можно сказать твою "родную" плоть, а значит, в какой-то степени тебя самого, кто-то, где-то, корячит, как попало, на полусломанной раскладушке, или грязном диване, а ты всё это должен глотать...!? Должен терпеть...!? Да ни за что на свете! Да никогда...! И-и-ишь..., чего захотели засранцы...!!!
Да и вообще...! Пошли-и-и вы все...!!! И вот..., вам..., всем...!
Максим целый день молча, ни о чем, не думая, и при этом, почти не двигаясь, пролежал на диване, тупо глядя в потолок. Он, как ни странно, что действительно, с ним случалось довольно редко, ни о чём не думал. Не думалось сейчас почему-то.... Но при этом, он очень внимательно и очень тщательно, без каких-либо мыслей в своей разнесчастно-буйной голове, изучал потолок в комнате, все точки на нём, ямочки, извилины и бугорочки. Он делал это очень добросовестно, как будто сейчас, более важного занятия, чем скрупулёзное изучение родного потолка, у него в жизни не было, и быть не могло....
Максим и Инна прожили вместе, около десяти лет. Худо-бедно, но жили.... Жили, как живут многие семьи, как живут почти все в нашем мире! И вот сейчас, по разумению Максима, случилось что-то страшное и непоправимое!
И что самое интересное..., в этой семейной трагедии Максим меньше всего винил самого себя. Если вообще чувствовал за собой какую-либо вину.
Он совсем не думал, или старался не думать о том, что именно он, Максим подтолкнул Инну, не желая конечно же этого..., сделать этот роковой шаг. Подобная мысль, Максиму, в его голову даже и не приходила....! Он рассуждал совсем иначе, совсем по другому, - "Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку...! Вот мне можно, а тебе нельзя...! И я не стану принимать участие в забеге, с кем бы то ни было, только лишь для того, чтобы показать и доказать всем, что я хорошо умею бегать! Таких бегунов по всему свету, хоть пруд из них пруди...".
