Я находилась в доме Вёрса. Мне любезно была выделена спальня на втором этаже. В комнате напротив расположилась Таня. Ещё, насколько я поняла, ангел приютил двух странных братьев-колдунов. Один из них, постарше и поприятнее в общении, оказался целителем. И не просто целителем, а гениальным целителем! Его имя, кажется, Грегор. Тот, что помладше избегал общения со мной. Почему? Не знаю. Его я видела мельком и всего пару-тройку раз.
Таня… Таня сильно переживала из-за Димки. Честное бессмертное, я уже начала жалеть о своём поступке. Я понимала, что когда девушка узнает правду, узнает то, что Димка сделал с ней, она расстроится. Но я и предположить не могла, что до такой степени.
От мыслей меня отвлек звук открывающейся двери и тихий голос:
— Ксан? Ты спишь?
Таня. Легка на помине.
— Не-а, — держась за разнывшийся бок одной рукой, другой я отодвинула штору. — Привет!
— Ты чего там делаешь?! — грозно прошипела подруга. — Тебе Грегор что сказал?! Ни ногой с кровати!! А ну бегом обратно!
В ответ я показала ей язык и снова скрылась за тяжёлой тканью.
Реакцию подруги я предугадала точно. Она поднырнула под штору с другой стороны и устроилась на противоположном конце подоконника. Нас разделяли каких-то два горшка с алоэ.
Татьяна забралась на подоконник, подогнув под себя ноги. Укрыв кисть левой руки в ладони правой, она взглянула на меня. Нет, Таня не ссутулилась, её взгляд не был затравленным, руки не дрожали. Но та атмосфера, аура, что её окружала, говорила как нельзя лучше о страданиях души. Таня переживала предательство глубоко любимого человека. Ей было больно. Но вместе с тем, она ненавидела Дмитрия…
Что же я наделала?
— Ты как? — хором спросили мы, глядя друг на друга. Улыбнулись и хором же ответили, — Нормально.
— Жить буду, — уточнила я.
— По тебе не скажешь, — скосила на меня глаза Татьяна. — Труп невесты, честное слово!
— Не правда! — возмутилась я. Тут боль в боку стала сильнее, вынудив меня поморщиться.
— Оно и видно. Может, ляжешь?
Я покачала головой.
— Это Грегу не понравится…
Ещё бы! Грегор — потрясающий целитель, но очень требовательный. Пререканий он не терпит. Вёрс говорил, что если б не помощь Грега, одним земным ангелом стало бы меньше.
Всё-таки Дима постарался на славу. Как только смог силу не-людя так использовать: легко, метко, смертельно? Будто не заёмной она была, а его собственной! Брат Грегора очень быстро доставил меня к нему. И целитель, не покладая рук, провозился со мной целые сутки.
Всё это мне рассказали Вёрс и Кирана. Сама я помнила только жуткую боль в боку и сердце. А ещё страх…
— Тань, — опустив голову, пробормотала я, — прости меня, пожалуйста… Я не должна была тебе говорить…
— Не должна?! — воскликнула подруга. Она сразу же поняла, что я имела ввиду. — Ещё как должна!
— Ты это слишком… болезненно воспринимаешь.
— А как иначе? — она горько улыбнулась. — Я имела виды на него. Хотела всю жизнь с ним связать. А тут такое…
— Таня, ты не виновата, — я закусила губу. Что тут скажешь кроме банальных общих фраз?
— Ага, никто не виноват… Кроме Димки!
— Он тебя тоже любил. По-своему, но любил. — Мне почему-то захотелось защитить Диму. Самую толику. Чуть-чуть, не больше.
— Ну, конечно. Любил! Ага! Как Кощей бессмертный своё злато! Как филателист дорогую марку! Только я не вещь! Ни за что его не прощу! Как он мог?!! Ксана, он меня убил! УБИЛ!!! Понимаешь? — она перевела дух и тут же продолжила. — А потом, как ни в чем не бывало: «Котёнок, кошечка»! Он мерзавец! И всё, что натворил, спихивал на небесных и на тебя.
— Если тебе станет легче, он меня хотел убить только ради…
— Вот! — перебила меня Татьяна. — Мало того, что он меня утопил, так ещё и мою единственную подругу пытался пришить!
— Меня он хотел убить, чтобы жить с тобой счастливо, — всё же закончила я фразу. — Понимаешь, он и впрямь тебя любил. Хотел, чтобы ты осталась с ним. А я смешала ему все карты. Всё равно тебе рассказала…
Вся бездна ада!.. А ведь он точно её любил. По-настоящему.
Меня как громом поразило этой мыслью. Димка стал действовать непреклонно, только когда услышал, что Таня обо всём знает. До этого у него были ещё какие-то сомнения на мой счёт. Всё изменилось в секунду, когда я сказала о Тане. В тот миг мне показалось, что колдун с меня живьём постарается кожу спустить. Такой у него был взгляд… Вряд ли в нём взыграла самость. Скорее, он понял, что для них с Таней всё кончено… Могу представить, как всё оборвалось в его душе в тот миг.
Что же я наделала… Ведь можно было сыграть иначе! И сейчас, возможно, здесь был бы Димка… И Таня не убивалась бы так…
Как же я сразу этой искорки чистого чувства в колдуне не обнаружила, не увидела? Стыд мне, а не бессмертие!
— Роксана, ты в порядке? — Таня встревожено поглядела на меня.
— Да. Пойдёт… — нужно собраться. Нельзя, чтобы Таня видела меня такой. Киснуть не время.
— Ты бледная. Может, Грегора позвать?
— Позови, — согласилась я.
Возможно, товарищ по Кругу прольёт свет на то, как мне нужно было поступить с Димкой?
— Сиди тут, никуда не уходи. Я скоро.
Таня, кинув на меня встревоженный взгляд, покинула комнату.
