Шёпот Призрака полностью

— Ты сделаешь то, что тебе скажут, дитя, и я говорю тебе, чтобы ты убедила демонов объединиться с нами.

— Видишь ли, папаша, сейчас я сосредоточена на том, чтобы убедить их не убивать меня, а там дальше как пойдёт.

— Не говори глупостей, — ответил Фарис. — Твоя мать входит в Совет. Она не собирается убивать тебя.

— О, она запросто может убить меня, и ты тоже, если это поможет твоим планам.

— Но это не поможет моим планам.

— Какой я везунчик.

Дамиэль посмотрел на Каденс.

— Если нам нужно согласие Совета, то мы можем надавить на Астерию.

— Я уверена, что ей это понравится.

Веселье исчезло с лица Дамиэля.

— То, как Астерия отплатила нам, принесло больше вреда, чем пользы. Она всё ещё в долгу перед нами. Она может рассказать нам, что замышляют демоны и в какую сторону они склоняются.

— Как именно вам двоим удалось сделать так, чтобы демоница вам задолжала? — спросила я.

— Мы просто оказались в нужном месте в нужное время, — ответила Каденс.

— Наверное, это было адское время, — сказала я. — Все божества просто хотят эксплуатировать меня или убить.

— Я бы на твоём месте подумал, почему это так, — сказал Фарис.

— Ты не на моём месте.

— Если бы ты только унаследовала мой здравый смысл.

Я фыркнула.

Последовала очередная вспышка магии, а затем в мою столовую вошли ещё два человека. У женщины были светлые платиновые волосы и большие карие глаза. У мужчины были золотые глаза, чёрные волосы, собранные в хвост, и высокое мускулистое тело солдата. Я никогда в жизни не видела ни одного из них.

— Кто вы и что делаете в моём доме? — спросила я, и на моих руках затрещала магия.

— Подожди, Леда, — сказала Каденс. — Я их пригласила. Они — семья.

— Ещё больше членов семьи?

— Они Бессмертные, — сказал Фарис, совершенно не смущаясь.

Ну, это объясняет, как они смогли запросто появиться в моей столовой. Телепортация была одной из многих способностей Бессмертных.

— Ева — тетя Лайтбрингер, сестра её матери, — продолжал Фарис. — А Джиро — двоюродный брат Драгонсайра.

— Откуда ты это знаешь? — спросила я у него.

— Как я уже много раз говорил тебе, дитя моё, я знаю всё.

Ладно, тут я действительно ступила. Какая я глупышка.

— Ну, теперь, когда все познакомились, давайте поедим, — весело сказала Ева и схватила миску с картофельным пюре.

***

После ужина Каденс решила начать игру в шарады, чтобы «разбить лёд между нами». Я видела, как сильно она хотела, чтобы наш семейный ужин прошёл успешно, поэтому вызвалась первым добровольцем. Примерно через пять секунд после начала моей пантомимы слова «богоугодный» Фарис бросил нас, заявив, что у него есть «гораздо более важные дела, чем играть в игры».

Затем он исчез в клубах волшебного дыма. Когда дым рассеялся, я задалась вопросом, заметил ли Фарис иронию в своих словах. Он только и делал, что играл в игры.

— Я голодна, — объявила я, когда Каденс закончила свою инсценировку вампирского пиршества.

— Крови хочешь? — спросил Неро.

Напоминание о нашем личном, предобеденном флирте на кухне вызвало внезапный, но не совсем нежелательный прилив тепла по моему телу.

— Сейчас моё сердце занято шоколадом, — сказала я.

Он плавно поднялся с дивана, который мы делили.

— Тогда, мой ангел, я принесу тебе немного шоколада.

Я сдержала легкомысленный смешок; Неро был таким милым, что у меня голова шла кругом от любви. Я не хихикнула, а вскочила и одарила его долгим, глубоким поцелуем, прежде чем плюхнуться обратно ленивой кучей наивысшего счастья.

Ева последовала за Неро на кухню.

— Постарайся не приставать к нему, — крикнул ей вслед Джиро.

Ева резко обернулась и пригвоздила его взглядом, полным чистого шока.

— Неро — мой племянник. Я бы никогда не стала приставать к семье.

— Никогда не говори «никогда», — рассмеялся Джиро. — Я припоминаю одного твоего кузена по имени Харон и воссоединение вашей семьи несколько тысячелетий назад.

Я не была уверена, что беспокоило меня больше: то, что Ева приударила за собственным кузеном, или то, что её муж Джиро смеялся над этим.

Ева тоже рассмеялась.

— Харон был очень, очень дальним родственником. Мы практически седьмая вода на киселе.

Джиро и Ева были такой странной парой.

Дамиэль подождал, пока они уйдут, а потом сказал мне:

— Я слышал о твоей проблеме.

— У меня много проблем, Дамиэль. Тебе придётся выразиться более конкретно.

Я старалась не спускать глаз с Джиро. Прямо сейчас он изображал какую-то… бомбу? Печь? Конькобежец? Бессмертные обладали многими способностями, но искусство шарад явно не входило в их число. Я понятия не имела, что он пытался показать.

— Проблеме наличия богов в твоей голове, — сказал мне Дамиэль.

— Неро рассказал тебе об этом?

— Ему и не нужно было этого делать. Я могу читать твои мысли.

Я сердито посмотрела на него.

— Шутка. Я клянусь, — он поднял руки в воздух, изображая капитуляцию. — Да, Неро сказал мне. Он беспокоится о тебе.

Он, должно быть, очень волновался, если попросил Дамиэля о помощи. Они практически не виделись наедине.

— Фарис вторгается в твои сны? — он спросил меня.

— Да.

Дамиэль кивнул.