— Ну, я думаю, мы можем либо патрулировать местность, ожидая нападения, — сказала я. — Или мы можем попытаться выманить его из укрытия.
— И как же ты предлагаешь его выманить?
— Взрывы обычно срабатывают довольно хорошо.
Её брови сошлись на переносице.
— Ты хочешь взорвать город?
— Не город. Монстра, — я закатила глаза, глядя на неё. — Лейла, я знаю, как наделать много шума, не разрушая общественной собственности.
— Твои отчёты с миссий говорят об обратном.
Я вздохнула.
— Слухи о моём безрассудстве сильно преувеличены.
— Неро говорит обратное.
— Сейчас Неро ничего не говорит.
— Что ты имеешь в виду?
— Неважно, — я покачала головой. — Притворись, что я ничего не говорила.
Мы вышли за пределы базы, войдя во Вдохновение. Город состоял всего лишь из пятидесяти самодельных домов, и некоторые из них были на колёсах, но это неплохое начало новой Границы. В городе имелось несколько грунтовых дорог, цветник и даже детская площадка. Это место, которое нужно защищать и лелеять, чтобы оно смогло расти, распространяя надежду по всей Границе — и по всему миру, если уж на то пошло.
— Что произошло между тобой и Неро? — спросила Лейла.
— Почему ты думаешь, что между нами что-то произошло?
— Когда я упомянула его имя, у тебя был такой вид, словно тебе в глаз воткнули иголку.
— Мы поссорились.
Она ждала, когда я продолжу.
— Он разочарован, что мой цикл Горячки не удался. Ну, а я вроде как рада, что этого не случилось, — я взглянула на детскую площадку, когда мы проходили мимо неё. — Мир сейчас не самое безопасное место для детей.
— Я понимаю.
— Моё облегчение? Или разочарование Неро?
— И то, и другое, — Лейла на мгновение замолчала, словно что-то обдумывая что-то про себя, а затем решительно продолжила. — Ты знаешь, что я когда-то была замужем?
— Да.
— Он был хорошим мужчиной и хорошим другом, но я не любила его в таком смысле. Я обрадовалась, когда Легион даровал нам освобождение от брака, который они назначили нам. И всё же… — Лейла встретилась со мной взглядом. — Какая-то часть меня до сих пор сожалеет, что я так и не стала матерью, — она вздохнула, и её гордая осанка немного ссутулилась, как будто тяжёлый груз давил на её плечи. — И это не маленькая часть. Мир — опасное место. Я это знаю. Неро тоже это знает. Но это не мешает нам желать того, чего мы хотим. Полагаю, мы надеемся, что будем достаточно сильны, чтобы защитить наших детей.
— Надежда — плохой щит, — сказала я. — Особенно, когда каждое божество во всех известных мирах пытается убить или контролировать нашего ребёнка.
— Но любовь — это лучший щит, который ты можешь иметь, — сказала мне Лейла. — И самый лучший меч тоже. Если эта любовь достаточно сильна, она может выдержать любое заклинание и свергнуть любую империю.
Мои губы изогнулись в осторожной улыбке.
— Никогда не думала, что ты такая романтичная, Лейла.
— У меня бывают свои моменты, — она прижала палец к улыбающимся губам в жесте, призывающем молчать. — Только никому не говори.
Я открыла рот, чтобы ответить, но тут же закрыла его снова, когда низкий, глубокий жужжащий звук привлёк моё внимание. На следующем перекрёстке я свернула направо и пошла на шум до конца улицы. Там на бетонной плите в большом складском дворе стояли два двенадцатилетних мальчика. Штабеля кирпичей и груды металлических перекладин находились повсюду вокруг них, наряду с бесчисленными другими строительными материалами. С этими запасами город сможет постепенно заменить временные жилища прочными домами.
Однако в данный момент оба мальчика, казалось, больше интересовались использованием складского двора в качестве укромной игровой площадки, чем его ценностью для строительства лучшего будущего. Они стояли посередине нарисованной мелом сетки, играя в какую-то игру с маленьким прыгающим мячиком.
К ним приближалось нечто. Я не могла видеть монстра или даже его тёмную тень. Но я чувствовала его присутствие в мурашках, которые пробегали по моей коже. И я слышала это в зловещем гуле, который становился всё громче по мере того, как я приближалась к мальчикам. Чудовище находилось здесь. И оно очень близко. Но где? Я медленно повернулась, пытаясь найти что-нибудь, какую-нибудь рябь в воздухе или запах крови и зверя, которые помогли бы мне определить его местоположение. Потому что я была совершенно уверена в одном: если я не остановлю монстра, он убьёт этих мальчиков.
— Мне нужно, чтобы вы двое медленно шли ко мне, — сказала я мальчикам тихим, но властным голосом. — Затем вам нужно пойти по улице позади меня и убираться отсюда.
— Эй, это Леда Пандора, — сказал мальчик в красной шапочке.
Глаза другого мальчика расширились.
— Думаешь, она подпишет мою колоду карт Легиона?
— Я подпишу все карты, какие захотите, если вы просто сделаете, как я говорю, — я схватила с земли пригоршню обломков бетонных глыб. — Давайте. Медленно.
— Зачем?
— В этом районе находится чудовище, — сказала я им.
Их глаза осмотрели двор со стройматериалами.
— Я не вижу никакого монстра, — мальчик в красной шапочке нахмурился.
— Это особый монстр. Он невидим.
— Круто, — выдохнул коллекционер карт Легиона.
