— Во-первых, не ей, а ее папуле, — терпеливо пояснила старшая подруга. — А во-вторых, ты что, короля не знаешь? Он же не обещал, что возьмет Алису ко двору, а, как обычно, вильнул хвостом, не согласился и не отказал, пообещал, как женится, «обсудить этот вопрос с королевой». Само собой, его величество — человек чести, если уж обещал «обсудить», то никто даже не усомнится, что он так и сделал. Я даже могу представить, как это выглядело. «Дорогая, не хочешь ли ты взять в свою свиту Алису Монкар? Ту самую, помнишь?» — «Дорогой, ты что, издеваешься?» — «Ну ладно, как скажешь…» Сами же знаете, королева — давняя подруга Эльвиры, а Эльвиру Алиса очень обидела. Да и Ольга тоже не прочь графиню за волосенки повозить за то проклятие, а ее величеству очень дорого мнение подруг… И Алиса ожидала, что при таком раскладе ее вернут ко двору? Нет, она не такая дура, хотя ее иногда и заносит.
— Возьмут, — задумчиво возразила герцогиня Дварри. — Мне говорил мой Ронн, а ему — молодой граф Диннар, что король все равно никуда не денется. Главы знатнейших родов королевства не потерпят такого обращения, а с ними его величеству приходится считаться. И королева это тоже со временем поймет, когда немного пооботрется в высшем обществе и разберется, что тут к чему.
— Не знаю, как король, — повела плечами Камилла, — а королева нипочем не станет вилять, хитрить и идти на уступки. Это, конечно, глупо, но она так воспитана и, как все воины, по гибкости мышления напоминает свой же меч. А вот король… если уж он не хочет видеть при дворе Алису Монкар, то могу дать гарантию, что она здесь и не появится. Он будет еще три года обещать, совать всем фиалки за уши, плести интриги, и в конце концов либо спихнет Алису замуж за графа Диннара, либо с ней что-то случится. Совершенно случайно. Я бы на ее месте вообще сюда не совалась.
— И чего ее так тянет ко двору, можно подумать, ей это что-то даст? — поддержала Камиллу Вероника. — Вышла бы себе замуж, как виконтесса Бефолин, и успокоилась. Все равно король теперь женат, и потенциальным невестам здесь больше делать нечего, а уж ей в особенности. Зачем лишняя нервотрепка?
— Трудно сказать, — пожала плечами Камилла. — Думаю, ее светлость не может перенести того факта, что она, отпрыск знатнейшей семьи королевства, прозябает в деревне у тетушки, вместо того чтобы блистать при дворе, и ее оскорбляет, что ее место занимают всякие безродные провинциалки и галлантские шлюхи… А когда она узнает, что ко двору взяли Ольгу, с ней вообще истерический припадок случится.
— С нашей королевой поблистаешь… — тяжко вздохнула маркиза Ванчир. — Точно, как Эльвира говорила: упала-отжалась и час занятий на плацу… Хорошо тебе, Анна, жених вон толковый подвернулся. Где б себе такого сыскать?
— Мне одна мамина знакомая говорила, — вмешалась Вероника, — что она знает очень хорошую гадалку. Хочешь, сходим к ней вместе, на женихов погадаем, а то я одна боюсь.
— Можете, конечно, считать, что Алисе всего лишь хочется блистать в свете, но лично мне кажется, что она не просто так сидела тут, пускала слезу, жаловалась на несправедливости жизни и втирала нам, как она жалеет обо всех своих ошибках… — сказала Камилла. — Ни хрена себе, ошибочки! Не верю я Алисе ни на вот столечко, и пусть у меня самые дорогие места слипнутся, если она действительно так раскаивается, как заливает. Если она хочет сюда, значит, у нее появилась какая-то конкретная цель, а зная Алису, можно представить, что это может быть. Я не удивлюсь, если она опять начнет лезть в королевы, с присущим ей упорством устраняя с пути любое препятствие. А уж если это понимаю я, то король и подавно.
— Ну почему обязательно в королевы? — удивилась Акрилла, отрываясь от очередного романа. — Может, будет достаточно восстановления положения при дворе?
— Нет, — решительно заявила Камилла. — Ты Алису не застала и не знаешь, что это за штучка. Непомерные амбиции и ни капли порядочности. Если сомневаешься, покажи ее как-нибудь своему эльфу, он тебе популярно объяснит, что творится в этой терзаемой гордыней душе.
— А она что, собирается сюда регулярно наведываться? — уточнила Вероника. — Вот уж тоже, радости немерено — общаться с ней каждый день…
— Не знаю, но раз уж она вернулась в столицу, возможно и такое. Хоть в гости будет ходить, раз уж ко двору не возвращают. Если, конечно, король не запретит страже ее пускать… Сюань, ты что вертишься, хочешь что-то спросить? Так спроси, вечно ты стесняешься непонятно чего.
— Хочу, — с готовностью согласилась невольница. — Кто есть Ольга, которую берут ко двору?
— Сама увидишь, — вздохнула маркиза Ванчир. — Вот уж чудовище почище Алисы… Куда катится мир, если какие-то безродные, невоспитанные и безобразные девицы занимают места придворных дам? Следующей, наверное, будет Мафеева крестьянка.
