-- Вам нужно бежать! Немедленно! -- не на шутку запыхавшись, скороговоркой выдал Тим. -- Они вам не рады! Все не рады, каждый! Почуяли широзайский дух.
-- Чего почуяли? -- скривилась в лице Джулия.
-- И что нам делать? -- спросил Инсар.
-- Я покажу одно место, -- сообразил Тим, -- старая церквушка. Там можно укрыться, пока не рассветёт. Идите за мной!
-- Что происходит? -- недоумевала Джулия. -- Почему мы ему верим?
-- Выбора нет, -- ответил Инсар и приблизился к лицу Джулии так близко, насколько это было возможно, чтобы не коснуться его, -- к тому же это интригует.
Едвай привёл их к холму, на котором притулилась старая церквушка, с обвалившимися стенами, почти без крыши. По дубовым уцелевшим балкам до сих пор сновали коты -- потомки тех самых, которых в детстве вылавливал Инсар со своим рыжим другом.
-- Я бывал здесь, -- произнёс Инсар, когда они вошли под бетонные своды.
-- Стало быть, вы местный, что ли? О как! И куда дальше идти в курсе? -- язвительно спросила морда таксы.
-- Показывай, если взялся! -- вспылил Инсар. Они подошли к заваленному разным хламом углу. Краска давно облупилась, скопилась грязь, наросла плесень.
-- Ну, хоть крыс нет, -- промямлил Едвай, когда расчищал выбранный угол. -- Дамы боятся этих тварей.
-- У меня нет проблем с грызунами, -- вставила Джулия, -- я к ним привыкла.
Едвай закряхтел, поднатужился и с треском выдернул проржавевший железный люк, вделанный в пол часовни. Повеяло смрадом и сыростью.
-- Нам туда, -- кивнул Тим на открывшуюся чёрную дыру и слегка усмехнулся. -- Боитесь что ли?
-- Куда ведёт этот лаз? -- спросил Инсар.
-- В катакомбы, куда же ещё, -- отчего-то удивившись, ответил Едвай. -- Спускайтесь. Здесь есть лестница. Внизу полялякаем.
Первым полез Тим, следом спускались Инсар и Джулия. Джулия захлопнула за собой люк, когда погрузилась в чёрную пучину. Коснувшись земли, Инсар ощутил странные вибрации по всему телу -- Зуверфы просыпались, потягивались, приходили в чувство.
-- Держите мою руку. Свет будет позже, когда доберёмся до первой лучины. Они тут понатыканы в стены изрядно, но к холму почему-то никто не догадался подвести.
-- Кто построил катакомбы?
-- Вы ж здешний, и не знаете?
-- Рано уехал, -- объяснил Инсар.
Вдруг Тим остановился, отпустил руку Инсара. Секунд десять было тихо. Инсар ждал, но ничего не происходило.
-- Куда делся, гад?! -- выкрикнул Килоди.
Снова тихо.
-- Он бросил нас? -- послышался голос Джулии.
Справа вспыхнул свет. Затем слева и, и снова справа - слева и так он зажигался повсеместно, пока не залил промозглый тоннель весёлым тёплым сиянием.
-- Раскудахтались, -- пробубнил Тим, убирая спички в карман своей телогрейки, -- видали красота какая!
Катакомбы Рахни формировались по простому принципу: один длинный коридор или кишка, к которому примыкали комнатки, что-то вроде кельей, в которых когда-то жили люди. Некоторые были совсем мелкими, другие -- больше. В кельях жизнь будто замерла, оставив всё нетронутым. Наспех сколоченные подобия кроватей имели матрасы, тоже самодельные, подушки. Некоторые сгнили, почернели. Столы -- три доски, сбитые так, чтобы на третьей возможно было что-либо писать, -- были втеснены в глиняные стены. На полках до сих пор стояли книги. Обложки померкли, на некоторых их вовсе не было.
-- Рассказывай, где мы?
-- Сначала пройдём в моё обиталище, -- ухмыльнулась такса и повела за собой, в самый конец кишки. Они подошли к сосновой двери, Тим достал связку ключей, нашёл нужный и отпёр замок.
-- Будьте моими гостями.
Он распахнул дверь, впуская Инсара и Джулию, и зажёг керосиновую лампу, висевшую под потолком.
Убранство комнаты Едвая отличалось от всех остальных. Во-первых, она была раза в три крупнее, во-вторых, имела апатиниумовый нагреватель, полноценный топчан на железном каркасе, матрас и шерстяной плед, и, в-третьих, была увешана картинами, на которых изображался гигантский зверь с ярким трезубцем в гигантской клешне и громадными щупальцами.
Едвай усадил гостей на скрипучие стулья.
-- Это моя нора, -- пояснил Тим, -- тут я прячусь от надоедливых морализаторов. Как же они меня достали! Сплошные поучения и всё такое. Бесит! Говорят так, будто завтра ложатся под гильотину. Была б моя воля, умчался бы на все четыре стороны! Подался б, скажем, на Чёрную Улитку или ещё куда!
-- Чего ж не уедешь? -- спросила Джулия.
-- Нельзя. Я хранитель входа. Или типа того, -- крякнул Тим, -- может, чаю?
-- Выкладывай, что это за место! -- спросил Инсар.
-- Давайте так поступим. Вы говорите всё, что знаете о Заентоге, широзаях и Хсаре, а я дополню ваш рассказ, идёт?
-- Ты ставишь мне условия, сукин сын! -- взбеленился Инсар, подскочил с места и натянулся, словно тетива лука перед выстрелом.
-- Прости, прости, -- рухнул на колени Тим. По его щёкам покатились слёзы, на собачьей морде проступило выражение истинного раскаянья. - Я не знал, прости, Владыка!
