Ланни умел читать между строк газет и понять, что поставка вооружений любого рода в Испанию было не просто делом бизнеса. Она не противоречила американским законам, потому что Закон о нейтралитете не применялся к гражданским войнам, так доказали юристы, к смущению Государственного департамента, который хотел применить его. Там подняли шумиху по изменению закона, чтобы поставки оружия не втянули нас в войну, к которой мы не имеем никакого отношения. В то же время, Государственный департамент и все правоохранительные органы делали все возможное, чтобы препятствовать потенциальным продавцам и грузоотправителям оружия испанскому правительству. Нужно получить лицензию на экспорт, что потребует много времени, за которое всем станет известно, кто пытается заработать деньги таким образом, который неприятен богатым и светским джентльменам в Вашингтоне, сотрудничающим с британскими тори и с испанскими аристократами, как герцог де Альба, испанскими деловыми людьми, как Хуан Марц, и испанскими солдатами-крестоносцами, как Франсиско Франко.
Это можно было бы назвать рэкетом правящего класса. Американское оружие может быть свободно продано в Германию и Италию, потому что это были законные правительства, представленные в Вашингтоне настоящими джентльменами, аристократами и деловыми людьми. Когда такое оружие переправлялось Франко через Португалию и испанское Марокко, дипломаты и государственные деятели, сидящие в «Комитете по невмешательству» решительно закрывали глаза и отказывались видеть это. Но пусть кто-нибудь попытается продать или отправить что-нибудь в Барселону, то дилеров будут травить сотрудники секретной службы и другие правительственные агенты. Судовладельцев будут запугивать, страховые компании будут угрожать им, и так далее до самого конца. Когда корабли приближались к испанским водам, там немецкие и итальянские самолеты летали у них над головой, немецкие и итальянские подводные лодки всплывали на поверхность, требуя досмотра их грузов. Нацистско-фашистская пресса требовала подавления контрабанды, пиратства и всего в мире, что противоречило нацистско-фашистским деяниям.
Только Россия и Мексика были странами, проявляющие симпатии испанскому правительству. Первая из них была далеко, а в последней Ланни не знал никого и даже не представлял, как найти того, кому можно было бы доверять. Он подумывал отправиться в посольство Мексики в Вашингтоне. Но предположим, что там он столкнётся с каким-либо господином, симпатизирующим делу джентльменов, а не делу рабочих? То же самое может произойти, если он пойдёт в посольство Испании. Как иностранцу отличить агентов Франко от лоялистов?
Единственное, что он не мог позволить себе сделать, это привлечь к себе внимание. И слабость каждого его плана заключалось именно в этом. Вся область конфликта была в свете прожекторов, и те, кто попадал в эту область, сразу становился известным. Особенно это относится к внуку Бэдда, сыну Бэдд-Эрлинга и к вскоре разжалоемому принц-консорту. Как только он покажется в любом посольстве, либо штаб-квартире красных или розовых, авиазаводе или судоходной компании, мгновенно шпионы противника возьмут его след, а газетные репортеры осадят ворота Шор Эйкрс, а также виллу, которую арендует Ирма Барнс Бэдд в Рино.
Ланни находился в положении кролика в проволочной клетке: он шел по кругу, тыкаясь носом между двумя проволоками, а затем между следующими двумя проволоками, и так далее, пока он не вернулся туда, откуда он начал. Там просто не было никакого выхода. Тот, кто сконструировал клетку, был умнее, чем кролик. Ланни мог порвать со своим классом, с пятью из своих шести семей в Америке, всеми, кроме Ганси и Бесс. Он мог отказаться от своих источников дохода и информации, а также начать карьеру, как розовый или красный агитатор. Только на этой основе он может получить шанс, только шанс, покупки военного самолета и отправки его в Мадрид. Но, конечно, он не мог сделать это и остаться членом международных привилегированных классов. Он мог бы передать часть денег верному другу, такому как Джерри Пендлтон, и предложить ему выполнить за себя всю работу. Но сразу гестапо и ОВРА, секретная служба дуче, получит задание выяснить, откуда доверенный друг получил его деньги. И для Ланни было бы трудно на самом деле встретиться с ним или даже обменяться записками, находясь в центре внимания. Столкнувшись с этими проблемами, Ланни понял более четко позицию своего отца, и почему Робби сказал, что он рискует обанкротить Бэдда-Эрлинг Корпорэйшн, если продаст самолеты, которые будут использоваться в борьбе с фашизмом.
