Ангел постучал в дверь. Женщина отворила её. Путник попросил приюта. Хозяйка жилища тут же сказала ему, что он сможет остаться у неё, но она не сможет должным образом принять его. В доме совсем нечего есть, да и спать ему придётся на полу, как и всем прочим. Ангел не отказался от подобного быть и с радостью вошёл в ветхое жилище.
Пятеро голодных детей. Двое младших дочерей и три старших сына, самому взрослому из которых было около шести лет с любопытством и трепетом смотрели на необычного человека, что перешагнул порог их дома. Глаза детей блестели от слёз и голода, младшие дети плакали, но тут они все вдруг успокоились. Ангел увидел казан. Подойдя к нему, он понял, что детям сегодня снова придётся засыпать голодными. Во всём селении сейчас никто не чувствовал голод. Он был лишь здесь и это вполне устраивало всех соседей.
Ангел снова взглянул на детей, улыбнулся им и вернулся к казану, наполненному водой и камнями. Проронил несколько слов красивым, хрустальным голосом. Отошёл от казана, крышка которого поднялась вверх и через неё потекла каша. Её прекрасный аромат наполнил дом. Сегодня дети уснули сытыми.
С первыми петухами Ангел подошёл к женщине и велел ей немедленно уходить из селения со всеми детьми. Она не могла решиться до того момента, пока он не предстал перед ней в своём истинном обличии.
Ангел знал, что семья отошла от низины на безопасное расстояние. Поднявшись вверх, он обрушил в ущелье пик горы. Со всех склонов стремительно побежала горная вода. Она шла буквально отовсюду, заполняя низину с невероятной скоростью.
Этой ночью больше никто не покинул селение.
Гость скрылся в облаке. Насладившись его прохладой и влагой, он полетел ещё выше. Вынырнул из него, он был выше всего, что есть на планете. Взмахивая крыльями всё сильнее и быстрее, он оказался именно там, где заканчивается прекрасная синева и начинается темнота вселенной.
Закрыл глаза, он оставил свои крылья в покое и пустился в свободное падение.
В этот момент его увидел едущий на велосипеде по деревенской колее юнец. Он сидел на багажнике, держась одной рукой за сиденье, на котором был его отец, а второй рукой он держался за его пожелтевшую от многих стирок, но чистую рубашку.
Огромное, по — настоящему белоснежное облако в детской фантазии без каких — либо затруднений обрело очертание плывущего куда — то очень давно, очень далеко кита. Тот был величественным, мощным. Ему точно не было дела до того, что творится где — то там, далеко внизу.
Велосипед подскочил на небольшой кочке.
Ребёнок отвлёкся. Направив взгляд в небо, он обнаружил, что кит куда — то исчез. Наверняка он попросту успел перенестись за горизонт. Улетая, он не оставил ребёнка с носом. Зрелища продолжались, но, на сей раз, это была не фантазия, а реальность.
Из огромного, белоснежного облака вдруг вырвалась огромная птица. Продолжая набирать высоту, стремительно борясь с гравитацией, птица вытянула за собой из облака тонкий шлейф белого цвета.
Вглядевшись, ребёнок сумел различить силуэт человека. Только вот крылья…
Его отец продолжал крутить педали, ветер продолжал легонько покачивать всё вокруг, ребёнок продолжал неотрывно следить за Ангелом, а тот вдруг сложил крылья, на несколько мгновений замер в невесомости и полетел камнем вниз.
Линия горизонта, над ней облака, одно из которых колоссального размера, а над ним летящий некто, точнее уже не летящий, а падающий в него некто, которого ребёнок обнаружил птицей, а позже разглядел в нём Ангела.
Падающий в облака Ангел, желающий вспомнить, каково ему было лететь на эту планету впервые. Он мчался вверх, желая покинуть это место. Он рвал свои мышцы, рвал свою волю, но, в конце концов остановился. Так хочется скорее вот так взмыть вверх, по — настоящему, не оглядываясь. Что я буду чувствовать тогда? Радость или грусть? Грусть по этому месту? Сейчас так точно нет, но и улетать не сейчас. Все желания могут изменить оставшиеся, требующие свершения деяния.
Упал в облако, Гость вновь расправил крылья и полетел дальше. Ещё какое — то время он может просто поноситься по этой планете, любуясь и ужасаясь её контрастами.
Снег засыпал следы. Гость видел рыдающего Стивена. Сквозь стоны он просил Гостя уйти. В этом момент с Гостем говорил кто — то ещё — именно тот, после веления которого он отправился на землю.
Гость слушал, стоя среди исчезающего под толщей снега кладбищем.
— Всё идёт так, как должно идти. Твоя миссия практически выполнена. Теперь ты можешь оставить его.
— Хорошо, — ответил Гость
