— А вот этого бы я вам не советовал, — заговорил молчавший до того профессор. — Этим вы привлечёте к себе повышенное внимание, и они поймут, что вы разгадали их интерес и что у вас есть по настоящему что-то серьёзное, что составит им конкуренцию. И вот тогда у вас действительно могут начаться очень серьёзные проблемы. Сейчас вам надо соглашаться с их предложением, но тайно саботировать его под разными предлогами, и постепенно развивать своё дело.
— Пятьсот золотых, — задумчиво заметил Корней, внимательно рассматривая какой-то обрывок рваной бумаги, на котором был написан отчёт казначея. — С учётом доли Совета, это составило бы шестьсот пятьдесят. А за весь полугодовой поход за профессором вам заплатили шестьдесят, — повернулся он к Мане. — Меньше десяти процентов от этой суммы.
Корней, задумчиво глядя на Машу, с рассеянным видом помахал клочком бумаги перед собой.
— Так сколько, вы говорите этим занимались?
— Это только за несколько первых дней работы, — нехотя согласился с ним Сидор, понимая куда он клонит. — Дальше уже у нас не было времени заниматься копчением. А если бы мы смогли это продолжить, то получили бы несколько тысяч золотых только за период путины.
— А если бы закоптили всю рыбу, пойманную за путину? — обвёл он всех в землянке немного ошалелым взглядом. — А если бы коптили всё лето? Это же вообще десятки, если не сотни тысяч золотых.
— Ну, это ты хватанул, — возразил ему Димон. С задумчивым видом он рассеяно потёр ладонью свой заросший щетиной подбородок, уставившись куда-то внутрь себя. — С увеличением объёмов, возрастают и накладные расходы. Ну, там, на найм рабочих, на тару, на перевозки, на посредников. Да, мало ли ещё на что. И потом, чем больше рыбы, тем ниже цена. Рынок потребления вообще-то тоже не резиновый и он не проглотит по твоему хотению всё, что ты пожелаешь на него выбросить. А здесь, непосредственно в городе, его вообще считай что нет. Всё это только на вывоз, к амазонкам. А это значит, придётся делиться с посредниками, с той же Городской Старшиной. А надо ли ей это…
— Вообще-то это даже интересно, — Димон впал в серьёзную задумчивость. — А сколько они на этом зарабатывают? Если даже у нас всего за несколько дней работы оказалось столько золота? — Димон с задумчиво рассеянным видом полез в затылок, теребить свою шевелюру.
— Не кажется ли вам, братцы, что оплата не соответствует затраченному труду? — пробормотал он. — Если бы на самом простом копчении каждый в городе мог за сезон заработать такие большие деньги, то все только этим бы и занимались. А мы этого не заметили. Что бы это значило?
— Крючок это значит, — угрюмо буркнул Сидор. — Толстый такой, кованый из хорошего железа крючок. Чтоб значит, не сорвались. Кинули кусок попривлекательней, чтоб не смылись в другое место, а после будут сидеть в кустах и ждать когда клюнет.
— Клюнуло, — бросил он насмешливый взгляд на Маню.
— Тысяча золотых…
— Глядя перед собой широко раскрытыми глазами, Маша очумело качала головой. Не обращая на слова Сидора с Димоном ни малейшего внимания, она тихо проговорила, словно не веря сама себе.
— Кто бы мне сказал ещё этой весной, что у меня появится реальная перспектива в получении таких денег, я бы рассмеялась ему в лицо. Все мои доходы были пара медяшек в месяц от присмотра за ребёнком вдового кузнеца, пока он торчал в своей кузне, и всё. А тут, — потрясла она очумело головой, — десятки тысяч золотых, которые валяются прямо на земле.
— Ну, допустим, на земле они не валяются, — усмехнулся невесело Корней. — Их ещё заработать надо, и заработать тяжёлым, изнурительным трудом. Но в целом ты права, для нас это большие деньги и нам, в нашем положении, грех отказываться от них.
— Значит, так и решаем, — поставил точку в обсуждении Сидор. — Предложение Совета по копчению принимаем, и будем нарабатывать себе имя. И копить деньги, — добавил он. — Идей как заработать у нас полно, а средств раскрутить дело — пока что не очень. Тут же, как ни крути, вполне приличный заработок намечается.
— А зимой ведь есть ещё и подлёдный лов, — задумчиво пробормотал себе под нос Димон. — Так что ни без работы, ни без денег, мы не останемся.
— Вернёмся из похода за жемчугом, начнём строить коптильню, — добавил повеселевший Сидор. — Место я ещё с весны присмотрел, там же на Медвежьей поляне, ближе к реке. Будем постепенно осваивать тот угол. Ну а пока, завтра же, приступаем к подготовке похода в Озёрный край, за жемчугом. Если у нас с этим получится, то будем в шоколаде. Не получится, значит, ничего у нас не будет, — грустно закончил он.
Разошлись спать уже глубоко за полночь, окончательно для себя решив, что от выгодного предложения грех отказываться, хоть оно и играет на руку их противникам, в чём их твёрдо поддержал и профессор…
Утром за столом царило тягостное и задумчивое молчание, нарушаемое лишь звяканьем ложек. Только Маня попыталась, было хорохориться, рассказав пару старых анекдотов, терпеливо выслушав которые никто так и не засмеялся. Но и она быстро сникла, вернувшись к общему минорному настроению.
