— Непорочное зачатие у девственницы? — недоуменно переспросил Питер, разглядывая гостью глазами удивленного врача-гинеколога.
— Ну, да, — сказала она. — Это было условием для…
— А может просто благой выдумкой? — прервал ее Питер. — Чтобы снять с Иисуса бремя первородного греха? Откуда известно, были ли Асет или та же Мария из Назарета девственницами до зачатия? Между прочим, Папа Пий IX лишь в 1854 году объявил догматом веры непорочное зачатие самой Девы Марии ее матерью Анной. Взял — и объявил…
Небольшой письменный стол с креслом Александра заметила, когда пробегала мимо витрины магазина неподалеку от дома во время первой прогулки по Каиру с коброй-Анфисой. Очень симпатичный стол. И совсем недорогой, если разделить цену в египетских фунтах на шесть и получить результат в «зеленых». За такие деньги в Москве можно купить, ну разве что продукты в супермаркете на пару дней на не очень голодную семью из трех человек, двое из которых обедают на работе. Или один раз поменять накладные ногти. Или заправить машину два с половиной раза. Мысль о покупке стола окрепла в тот день, когда ни с того ни с сего, возможно, просто оправдывая свое название, сложился складной столик с лежащим на нем ноутбуком. Ее реакции смог бы позавидовать вратарь, включенный в символическую сборную мира. Компьютер был спасен. Ссадина на локте — не в счет.
Войдя в магазин, Александра с удивлением оглядела безлюдный торговый зал. Продавцов тоже нигде не было видно. Бесшумно и зловеще, как в американских боевиках, вращались потолочные вентиляторы. Брошенные на произвол судьбы товары выглядели осиротело. Растерянно покрутив головой по сторонам, Александра вспомнила услышанные однажды пояснения отца о действии нейтронного оружия: все живое уничтожается, все материальные ценности остаются в целости и сохранности. Она, правда, не помнила, уничтожается ли все живое бесследно, или какие-то следы все же остаются. Негромкий звук, похожий то ли на стон, то ли просьбу о помощи послышался из-за прилавка. Ожидая увидеть ужасное, она перегнулась через барьер и… отпрянула, потому что, наконец, обнаружила тех, кого искала. Исчезнувшие продавцы, застигнутые вечерним призывом муэдзина на рабочем месте, расстелив молельные коврики под прилавками, совершали намаз. Без икон и посредников, обращаясь прямо к Аллаху. Всемилостивейшему и милосердному. Тому, который поймет, простит, поможет, научит и укажет путь. Это она поняла без перевода и отошла в сторону, занявшись изучением мебели…
Через несколько минут продавцы с просветленными лицами и глазами, еще не отсоединившимися от духовной вертикали, поднялись из-за прилавка. Может именно потому, презрев материальное, они благодушно сделали скидку и, выяснив, где мадам живет, пообещали в течение получаса доставить мебель.
Чтобы не маяться без дела в фойе дома, Александра решила скоротать время во внутреннем дворике у фонтана, тем более что хотелось осмыслить результаты встречи с американцем. Расположившись в шезлонге лицом к стеклянной двери фойе, она с удовольствием вытянула ноги.
«Итак, что ценного для исследования удалось узнать из беседы с Питером? — начала она анализировать встречу. — Ничего нового про мотивы группового самоубийства. И еще эта фраза «Не могу поверить, что это вы!», повторенная дважды означает, что американец действительно ждал встречи со мной и, похоже, принимает меня за земное воплощение…»
— Александра-а-а! — за спиной призывно прозвучал голос Зама, который, как охотник из засады, вынырнул из-за апельсинового дерева. — Пр-и-иветствую можно с-сказать вас! Как живете? Как животик? — весело спросил он голосом пьяного доктора Айболита и, подойдя нетвердой походкой, плюхнулся на пластиковый стул. Стул печально скрипнул, но устоял.
— Вы меня, похоже, караулили здесь? — она даже не попыталась скрыть досаду.
— Рас-с-ставил капканы! — довольным голосом сообщил Зам и энергично двумя руками потер лоб, помогая разбегающимся мыслям собраться. — Не-ет, не капканы, — покачал указательным пальцем у себя перед носом, — капканы с-ставят на зверей. А я, — ткнул пальцем себя в грудь, рас-с-ставил с-с-силки на птиц. Редких, — многозначительный взгляд в сторону Александры должен был показать, кого конкретно он имеет в виду. — Не-ет, — снова поправил он себя. — Птицу. Одну, — поднял указательный палец.
— Это я, что ли, птица? — Александра еще не решила, послать пьяного птицелова сразу или чуть позже.
— Ага, Феникс-с! — он мотнул головой. — Или С-сфинкс? — озадаченно спросил сам себя и впал в раздумье.
— Все еще «курбан-байрам» отмечаете? — с материнской заботой в голосе поинтересовалась она.
— А-а-а, — обреченно махнул рукой птицелов, избегая длинного ответа, потому что язык, видимо, не успевал за потоком сознания. — Как ты в целом? Нормально? — он расплылся в неотразимой улыбке.
Александра кивнула.
— А здесь все бабы, того, — покрутил пальцем у виска, — с-съехали. С-сергеичу, ну, помнишь, вчера услуги предлагал из магазина, продукты тебе? Мы ведь на «ты», да? — уточнил он.
