Да, он знал, что делал. Увидев насмерть перепуганную троицу из двух орни и одной гарси, я поняла, что для меня отобрали самых безнадёжных. Но спорить не стала. Мы с девушками и ковыляющими за нами дракокрылами перешли в соседний квадр.
- Я всё равно на него не сяду! – ревела Жито. – Пусть идёт к корняяям!
- Ну-ну, Жи, - ласково упрекнула я. – Разве можно так ругаться? Ты же девочка!
Жито посмотрела на меня и фыркнула сквозь слёзы. «Ты же девочка» было цитатой из анекдота, над которым мы не раз смеялись вместе.
- Дракокрыл – не зверь, - сказала я, обведя взглядом несчастных учениц. – И уж, конечно, он не мечтает о том, как бы вас побыстрее съесть. Если вы найдёте подход к своему драко, друга вернее у вас не будет.
- А как ты нашла подход к своему Гра? – всхлипнув, спросила Жито.
- Мой Гра – большой сладкоежка. Корми его фруктами – и он будет готов летать даже ночью.
- Так ты кидала ему фрукты в гнездо? – широко раскрыла глаза Жито.
- Почти, - улыбнулась я. О том, как седлают дикого драко в свободном падении, этим трусихам пока ещё было рано знать. – Сейчас мы попробуем установить контакт с вашими летунами. Для этого нужно подойти к нему и посмотреть в глаза.
- А если он клюнет? – пискнула Никай.
- Не клюнет, если ты будешь ласково говорить с ним.
- О чём говорить? – в ужасе спросила Жито.
- Хотя бы называй его по имени.
Моё первое занятие в роли дюсси началось. В отличие от Вуга, решившего, похоже, что незачем тратить время на установление контакта с уже прирученными дракокрылами, я была уверена, что драко и наездник только тогда станут неделимой парой, когда научатся понимать партнёра, как самого себя.
Потихоньку девочки преодолели свой страх и познакомились со своими летунами.
- Ой! Он жуёт мой рукав! – вдруг засмеялась Жито и тут же расстроилась. – А у меня даже кусочка турса нет угостить!
Я радостно улыбнулась в ответ. Конечно, до неба этой троице было ещё далеко, но первый шаг они сегодня сделали, и я была очень горда своим вкладом.
- Арсанта! – выкрикнула я.
Берн поморщился.
- Что же ты так орёшь? Ещё раз: твёрдо, но без крика. Предмет должен почувствовать твою волю.
Их, этих самых предметов, лежало передо мной семь штук. Ра дружно осмеяли бы меня, узнай, на каком материале меня обучает Берн. Здесь были:
Крышка от мусорного ведра.
Фантик от конфеты. Кстати, я очень любила эти конфеты из сиропа сахарного дерева, но мне они перепадали очень редко.
Третьим предметом был напульсник Берна, такой грязный, что я серьёзно сомневалась, в курсе ли тера, что напульсники носят на руке.
Четвёртым и пятым были печатные издания – жёлтая газетёнка «Гнусные тайны крон», в которую Берн даже не позволил мне сунуть нос, и «Краткий самоучитель по жик-тану».
Кстати, название второй книги показало нашу солидарность, потому как вызвало мою кривую улыбку и понимающую ухмылку Берна.
Шестым был спелый оранжевый турс, на который я давно облизывалась.
И замыкал ряд предметов странный тусклый камень, как будто подобранный в дорожной пыли.
- Ещё раз! – приказал Берн, которого, как видно, вовсе не смущал потрёпанный вид предметов, выбранных для обучения.
- Арсанта! – насупившись, грозно произнесла я.
Крышка от мусорного ведра растерянно заёрзала то вверх, то вниз, и в конце концов свалилась со стола. Фантик улетел на край столешницы, как будто подхваченный внезапным порывом ветра.
- Ооо! – восхищённо прошептала я. – Это я сделала?!
Наверное, мои глаза и рот округлились одинаково забавно, потому что Берн, мечущий молнии, неожиданно вздохнул.
- И ведь не поспоришь, - пробормотал он. – Ты ж моя убогая, где он у тебя включается-то?
- Что? – не поняла я.
- Дар! – рявкнул Берн и вдруг схватил меня за плечи и встряхнул так, что клацнули зубы. – Ты…должна…сосредоточиться! – нехорошим тоном прошипел он. – Почувствовать своё право повелевать! Чему ты радуешься, дурочка? Восьмая попытка! Восьмая! Ооо!
Он выпустил меня и плюхнулся на стул.
- Так…всё! – Берн провёл руками по лицу, словно стирая раздражение. Посмотрел на меня, подозрительно сопящую у стола и сказал. – Будем пробовать столько, сколько понадобится, хоть всю ночь! Продолжим.
- Арсанта! – несчастно сказала я и виновато взглянула на Берна. Тот, подперев ладонью подбородок, задумчиво смотрел вдаль. Всё бы ничего, но окна по направлению его взгляда не наблюдалось.
- Не молчи! – сквозь зубы процедил он. – Ты хоть слышала, что я тебе сейчас сказал? Я, конечно, понимаю, что ждать особой сообразительности от гарси наивно, но…
Ах так! Я вспыхнула от оскорбления, с вызовом взглянув на тера. Он что-то ещё бормотал, гипнотизируя стену, но я его больше не слышала. В кончиках пальцев вдруг проснулись болезненные мурашки, такие острые, что я зашипела сквозь зубы и невольно затрясла кистями над лежащими на столе предметами.
