Она не стала задаваться вопросом, кто пытался её убить или это было заклинание удачи. Она просто спустилась вниз по стрелам, настолько быстро, насколько сумела к Срединному мосту, и прошла мимо окаменевших учителей, руки которых вытягивались сквозь барьер, который так и не был опущен. Когда армия Тедроса появилась на Поляне, чтобы отыскать туннели Добра и Зла, которые волшебным образом переплелись и стали непроходимыми, Агата же далеко от них, в безопасности, спешила в злодейское логово.
Высоко над ней, в окне Злобы, Гримм убирал свой лук.
— И ни одна волосинка не упала с её головы, — сказала Софи, лаская его. — Хотя тебе бы хотелось обратного.
Гримм послушно заурчал, а Софи уставилась на марширующую вокруг рва, армию Тедроса, когда Агата спустилась, и исчезла в школе Зла.
— Не будем мешкать, — сказала она.
Она смахнула белые пряди со своего стола и продолжила шить. Хозяйка марионеток радостно дергает за ниточки.
Агата ожидала, что её сразу же схватят, как только она ступит в школу Зла. Но когда она пробралась через фойе с дырявой крышей, то увидела, что там не было никакой стражи, никаких смертельных ловушек, ни каких признаков войны. Школа Зла была пугающе тиха, за исключением железных дверей, которые скрипели, открываясь и закрываясь у дальней стороны лестничного зала. Она заглянула внутрь и обнаружила за ними Театр Сказок, который был восстановлен в своем изначальном виде, с единственным отличием. Там, где на каменной сцене когда-то изображался возрождающийся из пепла феникс, теперь была новая картинка…
Кричащая ведьма в окружении воронов.
Вся дрожа Агата тихонько поднялась к залу Зла.
Что Софи заставит Несчастливцев сделать с ней? Она думала о всех самых ужасных злодеяниях, про которые читала в сказках. Обратят её в камень? Выставят на показ её отрубленную гоолву? Сделают из неё фарш для пирога?
Несмотря на то, что было очень холодно, Агата почувствовала, как её щеки бросило в жар, когда она завернула за угол.
Заколотят в бочке? Вырвут сердце? Наполнят её желудок камнями?
Пот смешался со слезами, когда она посмотрела вниз на сотни следов…
Сожгут её? Обратят в камень? Побьют?
Она перешла на бег и кинулась на встречу пыткам и смерти, надеясь, что когда-нибудь она с Софи встретится в другом мире, в мире без принцев, в мире без боли, и со страшным криком бросилась через двери, покрытых черепами…
У неё перехватило дыхание.
Зал Зла преобразился в великолепный бальный зал, сверкающий зеленой мишурой, черными воздушными шариками, тысячами свечей, горящих зеленым пламенем и вращающейся люстрой, бросающей изумрудный свет на настенные фрески. Вокруг высокой ледяной скульптуры в виде двух переплетенных змей, спотыкаясь, танцевали вальс Хорт и Дот, Анадиль обнимала Векса, Брон старался не наступать на зеленые ноги Моны, а Эстер и Раван покачивались и шептались, в то время как остальные злодейские парочки вальсировали вокруг них. Соседи Равана по койкам подбирали музыку на тростниковых скрипках, и лавина пар затопила пол, неуклюже и застенчиво, но сияя счастьем, танцущих под украшенным блестками баннером:
ПЕРВЫЙ ЕЖЕГОДНЫЙ ЗЛОДЕЙСКИЙ «НЕ БАЛ»
Агата начала плакать.
Музыка прекратилась.
Она вытерла глаза и увидела, как Несчастливцы уставились на неё. Пары распались. Лица покраснели от стыда.
— Что ты здесь делаешь? — сплюнул Векс.
— Она расскажет Счастливцам! — сказала Мона.
— Хватай её! — выкрикнула Арахне…
— Я разберусь, — раздался голос.
Эстер шагнула к ней из толпы. Агата отшатнулась назад.
— Эстер, послушай…
— Агата, это злодейская вечеринка, — сказала Эстер, уводя её в сторону. — А ты не злодейка.
Агата съежилась у стены.
— Постой… не надо…
— Боюсь, у нас имеется только один выход, — сказала Эстер, нависая над ней тенью.
Агата прикрыла лицо.
— Умереть?
— Остаться, — сказала Эстер.
Агата уставилась на неё. Как и Несчастливцы.
Векс ткнул в Агату пальцем.
— Н-но… она…
— Будь моей гостьей, — сказала Эсетр. — В отличии от Снежного Бала,
Агата покачала головой и не сумев подобрать слова, расплакалась. Эстер коснулась её плеча.
— Вот, именно таким мы и нашли Зал, — сказала она надломленным голосом. — Я думаю, она хотела, чтобы у нас было то, чего у неё не могло быть. Может, это её способ извиниться.
Агата еще сильнее разрыдалась.
— Мне тоже очень жаль…
— Я сбросила тебя в
Агата плакала так сильно, что сотрясалось все её тело.
Эстер напряглась.
— В чем дело?
— Я пыталась, — всхлипывала Агата. — Пыталась остановить их.
— Кого?
Эстер медленно повернулась.
Несчастливцы бросились к гигантским окнам и вгляделись в ночь. Внизу, по крутом склону холма, огибая ров маршировала армия Добра, оружие которой сверкало в свете факелов.
