Ничего не заканчивается. Кажется наступает новый виток пыток. Мужчина, так похожий на Светлейшего Короля Благого Двора, берет его за руку, мягко и невесомо и уводит прочь. Грэм даже во сне пытается сопротивляться, и не может.
Теперь вокруг лес. Юноша озирается, не в силах понять в сновидении он еще или уже похищен древней силой? Себя Грэм почти не видит и не осознает, будто растворился в магическом тумане, а Король напротив становится зрим и осязаем. Тонкие пальцы фэйрийского правителя нежно гладят его по щеке, губам, лбу… хочется отстраниться с брезгливостью, но рука Короля так восхитительно прохладна. Грэм и не понимает, что сильнее прижимается к ней сам.
Король приглаживает его темные волосы. Они, еще недавно влажные от пота и спутанные, становятся шелковистыми и гладкими, и уводит за собой в гущу тумана. Часть разума Грэма стремится назад, в мир смертных, но все же он послушно идет следом за Королем.
Правитель с интересом посматривает на него, будто ожидая чего-то, но пока молчит. А Грэм понимает, что сейчас любые вопросы и просьбы окажутся неуместны, и нужно просто подождать, когда все кончится само. Ведь это всего лишь сон, не так ли?
Дворец появляется посреди леса внезапно. Вырастает из небытия, или они сами. Король и юноша, переносятся к нему. Становится прохладней. Жар в крови больше не мучителен, он уходит вглубь, перестает сжигать кожу, а только горячит изнутри. Грэм глубоко вздыхает и пытается осмотреться.
Как и в обычном сне все вокруг преломляется и искажается образы возникают и тают, превращаясь во что-то совершенно иное, но фэйрийский Король рядом остается неизменным. Грэму не хочется встречаться с ним глазами, но приходится. Юноша только надеется, что взгляд его достаточно решителен.
«Я не поддамся, — думает он, не до конца понимая, чему именно должен сопротивляться. — Я не выполню его приказы. Я уже победил его, и он ушел».
Он не замечает, как входит во дворец, и обнаруживает себя уже в тронном зале, с хрустальными прозрачными стенами, за которыми высится сплошной лес, зеленый и яркий, каких не бывает в смертном мире. Король сидит перед ним на высоком троне и, кажется, ловит глазами его взгляд, но Грэм упрямо и хмуро смотрит в сторону. Король тянет к себе магнитом, чарует и гипнотизирует. Юноша скользит глазами по ступеням трона, по одежде правителя, по его рукам... и смотрит прямо в глаза. Король улыбается, будто получил, что хотел.
Грэм сжимает зубы до желваков, понимая, что Король дразнит его. И все меньшего верит, что происходящее всего лишь сон. Фэйри поднимается и сходит по ступеням трона, одеяние стелется за ним, и кажется, что Король плывет по воздуху. Магия это или сновидение — зрелище завораживает, и Грэм вновь теряет связь с реальностью.
Он приходит в себя на ступенях трона у ног Короля. Порывается вскочить, до чего мерзко чувствовать себя слугой или того хуже, и не может шевельнуться. Внутри снова разгорается пламя. Король с интересом наблюдает за его гримасами.
— Что ты сделал со мной? — Грэму хочется говорить гневно и гордо, но сам он едва слышит свой шепот. — Это твоя благодарность за спасение?
Король в который раз улыбается ему.
Грэм упрямо молчит. Надежда, что все происходящее — просто сон, гаснет с каждой секундой. А голос Короля, бархатистый и чарующий, становится совсем гипнотическим:
Сокровища… это звучит заманчиво, но в мозгу Грэма огромной птицей бьется одно лишь слово — опасность! Стоит только дать слабину, чуть склонить голову перед бессмертным, и произойдет непоправимое. Неизвестно откуда, но Грэм знает это.
Король тоже знает. Он нетерпеливо взмахивает рукой. Широкое одеяние на мгновение застилает Грэму глаза, а в следующую секунду из тронного зала он переносится на балкон дворца. И неизменно рядом проклятый фэйрийский Король.
— Я не должен был помогать тебе! — хочется быть яростным, но свой голос юноша слышит жалким и виноватым.
