Король зловеще замолчал
Грэм ринулся прочь от каменного постамента, не разбирая дороги. Ноги путались в высокой черной траве. Хотелось назад, в привычный солнечный мир, домой, к друзьям… и к...
«Элли!» — крикнул он беззвучно.
Темнота вокруг треснула со звуком рвущейся ткани. Грэм ощутил рывок, точно чья-то рука схватила его за запястье и выдернула из-за пелены тумана...
Грэм проснулся на измятых простынях, жадно вдыхая прохладный воздух от распахнутого окна. Доминик тряс его за плечо:
— Эй, ты кричал во сне. И горишь весь, ты заболел?
Грэм недовольно стряхнул руку соседа.
— Все в порядке,— ответил он, накрывая бедра одеялом. — Жарко просто, хорошо, что окно открыл.
Элли редко видела сны, или она просто не запоминала их. В раннем детстве ей снились в основном кошмары, а в последние несколько лет уже практически ничего. Она словно проваливалась в черную дыру и выныривала из нее только утром. Как же она завидовала тем, кому по ночам удавалось переживать приключения! Но в этой школе ей отчего-то опять начали приходить странные видения, иногда удивительно реалистичные. Настолько, что проснувшись и обнаружив себя в постели, она удивлялась. Сны быстро стирались из памяти, но первые минуты она еще лежала на спине и бездумно смотрела в потолок, находясь под впечатлением. Из этого состояния ее обычно выводила Брианна и постепенно события нового дня заменяли увиденное во сне. Элли уже подумывала, не начинать ли ей утро с записи очередного сновидения. Могла получиться неплохая книга сказок.
Она шла по смутно знакомому коридору, но до чего вокруг было грязно, стены буквально затканы паутиной и повсюду лежит толстый слой пыли. Отчего это место кажется ей знакомым? Коридор… развилка... винтовая лестница... это же особняк ее школы. Только пустынный и заброшенный. Или нет?
Теперь Элли кажется, что она слышит звуки, далекие мужские голоса и по наитию бежит в их сторону. Во сне это легче, чем наяву, и вот она уже догоняет двух незнакомцев, которые неспешно идут по коридору и ведут разговор. Элли пока не прислушивается, она рассматривает мужчин.
«Это сон», — неожиданно понимает она и стремительно обгоняет их. Ее не видят, а она может двигаться удивительно быстро и даже взлетать почти под потолок. Ее знаний достаточно, чтобы понять — мужчины одеты по моде девятнадцатого века — на них фраки с небольшими фалдами, расписные жилеты и шейные платки. В руках — невысокие цилиндры. Теперь девушка готова слушать.
Кажется, один собеседник ужасается этим местом, а второй достаточно спокоен. Мужчины совершенно непримечательны, они довольно молоды, темноволосы и не имеют никаких видимых ярких черт.
Больше всего им подходят определения «первый» и «второй». Теперь Элли была готова слышать их разговор:
— Кто может тут поселиться? После всего? —на лице первого брезгливость и, кажется, страх.
Его собеседник настроен более оптимистично:
— Кому-то может быть интересно. Это место нуждается в изучении.
— Кто пожелает его изучать? Вы?
Второй мужчина смеется.
— Ну нет, ни в коем случае. Мне еще жить не надоело.
— Вот видите!
— Но существуют же безумцы и сомнамбулы. В конце концов наемные авантюристы.
Первому мужчине эта идея не кажется удачной.
— Вы полагаете, у Ордена достаточно средств, чтобы оплачивать подобные предприятия? Пока нам более чем далеко в этом до тамплиеров и иллюминатов.
Мужчины продолжают идти по коридору, осматривая заброшенный замок.
— Где это происходило? — уточняет «второй».
«Первый» почти бессильно взмахивает руками.
— Везде. Но только по ночам.
