Только велела замотать Полкану рога. Как лыжники заматывают острые концы, чтобы не поцарапать пассажиров. Саня снял шарф, обмотал Полкану рога и ринулся вниз по эскалатору.
Василиса Потаповна вела занятия. Шура и Наташа играли в классы. Товарищ Помидоров был дисциплинирован.
— Все, что мы говорим, — утверждала воспитательница, — мы говорим словами.
— Нет, — возразила Наташа. — Мы говорим ртом.
— Мы говорим словами! Например, есть слово «конфета».
— Конфета — это не слово. Это еда такая. Очень вкусная.
Василиса Потаповна стала закипать:
— Мы говорим словами. Дети, призовите на помощь свою фантазию. И вы, товарищ Помидоров, тоже.
Ученики сосредоточились.
— Представьте, что у меня была конфета. Мы ее съели. Что осталось?
— Бумажка, — быстро сказала Наташа.
— Нет, не бумажка.
— Пакетик?
— Да нет. Ни капельки не пакетик. Вот вы, товарищ Помидоров, скажите, что осталось?
— Осталось чувство глубокого удовлетворения. Чувство благодарности к учительскому составу.
— При чем тут чувство благодарности? — закричала учительница. — Конфету съели, а слово «конфета» осталось.
— Конфета — это не слово. Это еда такая в бумажке, — опять сказала Наташа.
— Караул! — тихо произнесла Василиса Потаповна слово «караул».
— Были бы конфеты, — сказал Помидоров, — мы бы разобрались.
Наташа отвела Шуру в сторону:
— Постарайся, напрягись. Срочно нужны учебные пособия. Лучше всего «Золотой ключик». Причем не меньше килограмма.
Шура кивнул и сразу стал гудеть и трещать. Потом положил шапку на землю.
— Сейчас нефть вдарит! — сказал Помидоров.
Но нефть не вдарила. Когда шапку подняли, под ней лежал красивый золотой ключ. Не меньше килограмма.
— Кому это нужно! — возмутилась Василиса Потаповна. — Нам нужны конфеты.
— И ключ нам тоже нужен, — сказал хозяйственный Помидоров. — Мы теперь можем открыть замок.
И точно: вставили ключ, замок открылся.
— Ура! — закричали клоуны.
— Конфета — это такая штучка в бумажке, — сказала Василиса Потаповна. — А что такое «ура!»? Это такая вещичка в коробочке?
Клоуны посмотрели по сторонам:
— Нет «уры».
— Верно, такого предмета нет. А слово такое есть. Есть еще слово «пожалуйста». А предмета такого нет. Потому что слова и предметы — совершенно разные вещи. Бывает, что одним словом называются два предмета. Допустим, есть слово «шляпа». Этим словом зовут и головной убор и человека-растяпу.
— Точно, — согласилась Наташа. — Бывает так, что слово одно, а предметов несколько. Например, поезд на станции один, а вагонов штук десять.
— Вагоны здесь ни при чем. Неправильный пример.
— А у нас на работе есть такой предмет — начальник. Этот же предмет можно назвать и вторым словом — «руководитель», — сказал Помидоров.
— И я такой предмет! — сам на себя удивился Шура. — Меня тоже можно называть разными словами. Я и «клоун», и «гражданин», и «ученик».
— И «молодец», — добавила Василиса Потаповна.
Она закончила занятия и отправила клоунов в столовую.
— Завтра прошу никого не опаздывать!
На сердце у нее было неспокойно.
— Куда же подевалось мое руководство на мотоцикле? И где этот мой любимый «клоун», «охотник» и «гражданин» со своим четвероногим животным миром?
Четвероногий животный мир — это Полкан.
Видите, предмет один, а слов целых три.
—
—
—
—
