Буфетчица сначала рада, потом успокаивается и не хочет делать ничего сверхъестественного, ей достаточно сознания того, что она это теперь может.
Дворник предлагает ей новую метлу, она отмахивается.
Буфетчица:
— Да ладно, пешком дойду, тут недалеко.
Становится доброй и ласковой.
Кабинет Мэра.
Референтша (Мэру):
— Не вышло по-доброму. Жаль. Что ж, придется применить крайние меры, время на исходе.
Флешбек — пропажа Яны.
Мигалки полицейских машин, Шериф выходит из дома Яны мрачный. Смотрит в сторону озера.
Продолжение флешбека с пропажей Яны.
Павлик (родителям Яны):
— Это очень хорошо, что я не могу ее найти, понимаете? Я не могу найти живых! Только мертвое могу. Раз я не могу ее найти — значит, она жива. Все будет хорошо!
Выходит. За забором его ждет Правдоруб.
Правдоруб (сплевывает):
— Все сказал? Маладец. А мне повторить сможешь?
Павлик:
— Нет. Потому и попросил тебя тут остаться.
Правдоруб:
— Паршиво. И что теперь с ними будет?
Павлик:
— Не знаю. Мне кажется, все будет хорошо.
Правдоруб:
— Как может все быть хорошо, если она…
Павлик:
— Не знаю. Но вот видишь — я не могу при тебе сказать, что она жива. А сказать, что все будет хорошо — могу. Значит — так и будет!
Дом родителей Яны.
Визит отца и мачехи Ани к родителям Яны.
Сидят у них дома, пытаются общаться с Аней-Яной, та огрызается, уходит к себе. Мужчины выходят покурить на крыльцо, женщины остаются пить чай и говорить о дочерях.
Мачеха:
— Нет, конечно же, мы все понимаем, Яна не наша Анечка, хотя и похожа… Наша Анечка была ангелом! Пай-девочка, отрада родителей, отличница в школе, ее все учителя хвалили! А какая актриса и фантазерка!
Мама Яны:
— А наша Яночка настоящий чертенок, но такая славная, мы не нарадуемся…
Мачеха:
— Нет-нет-нет, Анечка совсем не хулиганила, не шалила даже, и такая помощница была… мамочка то, мамочка это, сразу меня мамочкой звать начала, такая ласковая… ни слова поперек…
Комната Яны.
Две Яны смотрят в окно, как уходят родители Ани.
Яна (Аня):
— Им я не нужна, им нужен мой светлый образ. Который можно ставить на пьедестал, который ни слова поперек, вечно послушный и ласковый. Таким застывшим образом можно восхищаться, его так легко любить. Они давно уже меня похоронили, хотя и утверждают обратное, но я для них давно мертва, им так проще. Удобнее. Как думаешь — может, мне к ним прийти? Здравствуйте! Не ждали?! А я жива! Вот будет заподляна, да? Не бойся, не пойду, куда я без тебя. Да и твоих не брошу — им мы живые дороже.
Мама Яны:
— Ну вот, ушли. Девочки, давайте ужинать!
Мэр объявляет школу сейсмоопасной зоной, от сероводородного источника пошли разрушения грунта, подвижки, размывы. Под школой каверна, в любой момент может произойти спонтанное обрушение.
Краевед выступает по телеку, карты, схемы.
Краевед:
— Необходимо срочно эвакуировать детей из опасной зоны.
В школе.
Класс решает не уходить, большинство преподавателей тоже.
В школе не пахнет серой — клининг-фрау АС держит купол, Трудовик поставил на окна фильтры. Осаждающие — в противогазах, а в школе нормально дышат.
Дворник гоняет духов.
Комната Воображалы.
Воображала собирает вещи в чемодан. Когда она заходит в комнату, опекун резко выключает телевизор. Воображала не обращает внимания. Опекуны переглядываются за ее спиной — лучше не трогать.
Подвал в здании мэрии.
Референтше снизу доставляют ноутбук — один в один похожий на ноут Физика. Физик мнется под дверью.
Мэр:
— Там твой придурок пришел. Зачем он тебе нужен?.
Референтша:
— От придурков иногда куда больше пользы, чем от умников. Придурки не задают лишних вопросов.
Отдает Физику ноут. Тот уходит.
Референтша:
— Он — наш козырь.
Мэр:
— Что в чемоданчике?
Референтша:
— Крайняя мера. Самая крайняя. Тебе лучше не знать.
Школьный двор, школа.
Физик подъезжает к школе, вокруг — кольцо МЧС. Его машину не хотят пропускать, звонок от Мэра. Пропустили.
Капитан МЧС:
— Все равно не сумеешь пройти, там какое-то поле!
Но его поле пропускает — он свой.
В школе.
Физику рады, он бледный, улыбается вымученно, привез полный багажник еды. В чехле от ноута он проносит данную ему Референтшей бомбу, подключает ее в подвале — теперь ее нельзя тронуть или сдвинуть с места — взорвется.
Ему обещали, что бомба — крайняя мера, и сначала он пытается уговорить всех по-хорошему. Потихоньку пристает ко всем.
Физик:
— Надо уходить. Ребята, против города не попрешь, зачем мы так.
На него смотрят непонимающе.
Светик:
— Да не дрейфь. С фашистами справились, вампиров прогнали, че теперь перед мэром пасовать?
Салон автомашины.
Воображалу везут в аэропорт.
