СТОУН. Он не был моим другом. Говоря по совести, я терпеть не мог ни его самого, ни его шутки. Бедняга Моссман!
РОЗАЛИНДА. Итак, мы будем вместе играть. Ты удивлен?
СТОУН. Да.
РОЗАЛИНДА. Небось ожидал, что эту роль будет играть юноша. Эдакий красавчик, щечки в ямочках? В Италии роли женщин играют женщины. Настоящие женщины, а не какие-то первертити - извращенцы.
СТОУН. Так ты итальянка?
РОЗАЛИНДА. Венецианка. Но моя мать служила при дворе короля Марокко... То есть она была невольницей. Танцовщицей. Мой отец выкупил ее и женился на ней. Его звали Энрико Бенетти и он был актером "Коммедиа". Слыхали про "Коммедиа"? Коммедиа дель арте. Вот это настоящий театр. В Англии ничего подобного нет и в помине.
СТОУН кивает.
РОЗАЛИНДА. Мой отец играл старого скрягу Панталоне. А мать - эту смешную служанку. Знаешь? Мы приехали в Лондон, и отец заболел чумой. Труппа поехала дальше, а мы с матерью остались ухаживать за отцом. Но видно он полюбился Царице Небесной
Быстро крестится на католический манер - это запрещенный жест.
Потом выяснилось, что мать успела от него заразиться... Я стала бедствовать... Но потом начала танцевать возле театров. Откуда только люди не приходили, чтобы посмотреть, как я танцую. Я могла бы стать богачкой, но из-за чумы все театры позакрывали. Был бы мне конец, если бы не Кит. Вообще-то женщины его мало интересуют, но он взял меня и сделал своей ручной тигрицей. Бандо алле чиачиерре.3(
СТОУН чувствует горечь в ее словах. РОЗАЛИНДА протягивает ему рукопись.
Ты знаешь "Дидону и Энея"?
СТОУН. Единственная из его пьес, которая мне незнакома.
РОЗАЛИНДА. Это совершенное первесо. Сплошное извращение. Низкая пьеска! Сын шлюхи! У него Юпитер... как это сказать... ухаживает за этим хорошеньким мальчиком Ганимедом. Кит обещает, что когда откроются театры, он даст мне роль Зенократы в "Тамерлане Великом".
Н е о ж и д а н н о.
Мы встречались? В Лондоне?
СТОУН. Не уверен.
Она чувствует, что он знает, что они встречались, но делает вид, что не помнит.
РОЗАЛИНДА. Если встречались, ты вряд ли бы скоро забыл меня, ведь так?
СТОУН улыбается, кивает. Из соседней комнаты доносятся звуки музыки.
З а т е м н е н и е.
С Ц Е Н А 2.
Вечер того же дня. Горят все лампы, стены увешаны гирляндами.
РЭЛИ, УОЛСИНХЭМ, ОДРИ, ФРАЙЗЕР полулежат в расслабленных позах, покуривая трубки.
РЭЛИ. Он рассказывал, что сперва они бросили якорь возле низкого песчаного берега. Все вокруг утопало в зарослях винограда. Ах, изобилие Америки не поддается описанию! Там больше винограда, чем в Италии и Франции вместе взятых. И еще они встретили людей. И хоть все они были одеты в звериные шкуры, фигурами и лицами их женщины напоминали наших знатных дам. Эти люди столь же учтивы и воспитаны, как и мы в Европе.
УОЛСИНХЭМ. И она назвала эту землю Вирджинией?
РЭЛИ. Да. Ах милая девственная королева. Все это ради тебя одной. Вернутся мои корабли, и все богатства, найденные нами, будут брошены к твоим ногам.
УОЛСИНХЭМ. Да уж, она своего не упустит..
РЭЛИ обижен этими словами.
Я хотел сказать, она вполне доверяет вам, сэр Уолтер, и верит в успех ваших экспедиций.
РЭЛИ добродушно смеется, но в этом смехе чувствуется напряжение и скрытая угроза.
РЭЛИ. Да, ей не откажешь в практичности. "Когда уж тебе надоест просить милостыню"?- говорит она мне, когда я предлагаю ей способ пополнить казну. "Когда вам,- отвечаю я,- надоест одаривать". Это у нас такая игра. Я делаю вид, что выпрашиваю подарок. Тогда она поднимает свой крошечный пальчик и словно пером выводит: "Когда-нибудь ты поймешь, что даже у моей щедрости есть предел"... Признаюсь, всем, что я имею, я обязан ей одной. Недаром мои недруги любят повторять: десять лет назад у него был один слуга, а теперь душ пятьсот...
С м е е т с я.
Бедные мои деревенщины. Все они моряки и все родом из Девоншира. Я лишь помог им добраться до дому, после неудачного похода в Панаму. Да, надо позаботиться, чтобы Роджерс разгрузил четыре телеги с провизией - я выписал ее на твое имя, Том... Да-а... А посмотрите на ее советников. Посмотрите на Тайный совет. Этот Роберт Сесил! В жизни он не приближался к воде ближе, чем на десять ярдов, и он же дает советы, как строить корабли, куда плыть и когда. Мерзкий карлик! Королевская мартышка! А взять сэра Кристофера Хаттона и всех прочих, кто приучает ее к мысли, что я негодяй...
Чувствует, что наскучил всем.
Как я когда-то приучил ее к табаку
Поднимает трубку.
ОДРИ. Кстати, у меня совершенно прошли боли в спине.
РЭЛИ. А что я говорил! Табачный дым прочищает все тело. Спросите Хэриота.
УОЛСИНХЭМ. Я надеялся, что табак поможет мне вылечить простуду.
РЭЛИ, И что? Не получилось?
УОЛСИНХЭМ. Нет.
РЭЛИ. Как жаль.
Резко меняет тему.
Том, Инграм, скажите мне, что происходит? Почему она не отвечает на мои письма?
ОДРИ. Потому что они до нее не дошли.
РЭЛИ. Не дошли? Из Четхэма в Гринвич? Ах, ну да. Эта чертова мартышка Сесил прячет их от нее. Одри, не надо меня щадить. Она больше не желает видеть меня?
