— Возможно, та сфера — вместилище воспоминаний как раз о том времени, но жаль, что показывает историю обрывками, а нам бы увидеть её целиком!
— Я тоже об этом думаю, но в любом случае до возвращения в школу видений больше не будет. Если только отцу не удастся совладать с кристаллом и понять, почему сфера так на него реагирует.
— И что эта сфера из себя представляет! Твой отец ведь тоже родом из Кьярна, надеюсь, у него хоть что-то получится! Если он умудрится выкроить для эксперимента хоть немного времени…
Мы ещё немного поболтали об изученных нами заклятиях, полистали учебник по магии, выбрав ещё несколько для изучения в выходные. Они были простенькие и подходили для отработки даже на материке. Перед ужином мы наконец расстались, Рина ушла к себе. Нам обеим предстояло ещё собирать вещи, чтобы завтра не тратить на это время, которого и так будет мало. Я уложила в чемодан увеличенные при помощи магии вещи, а школьную форму брать с собой не стала. Пришла пора обзавестись нормальной повседневной одеждой, чем я и планировала заняться на материке. Шиковать не стоило, но несколько платьев и брюк со свитером приобрести было необходимо. Прихватила с собой часы, завернув их в шарф, учебники, конспекты и котенка. После некоторых раздумий я решила вернуть его в сумку, как и часы. Все же лучше они будут со мной рядом. Поднос с плотным ужином и крепким чаем сам собой появился на столе без четверти семь. После того как тарелки опустели, он растворился в воздухе.
Уснуть я никак не могла, мысли тревожные кружили в голове. В окно светила полная луна, заливая комнату серебристым сиянием и неторопливо проплывающими тенями легких перистых облаков. К сожалению, мои окна выходили на игровое поле, и я не знала, светился ли сегодня непонятно откуда взявшийся островной пролом.
Первая половина дня пролетела со скоростью мимолетного сновидения, оставляя в воспоминаниях туманные обрывки картинок, связанных между собой лишь тонкими, призрачными временными нитями. Я с волнением, переходящим в панику, беспокоилась за маму, с нетерпением ожидая скорой встречи. В школе, вторя моему настроению, воцарилась нервная, испуганная суета. Ведь до учеников наконец дошли слухи об исчезновении одной из старшекурсниц, и даже предвкушение поездки домой на четыре дня нисколько не разбавляло мрачного настроения. Старшекурсников на завтраке было мало. Большинство предпочли остаться в своём крыле, отдыхая после бесплодных многочасовых поисков. По школе витали шёпотки сплетен, слухов и предположений, и они всё больше и больше походили на жуткие истории Динта о школе. Преподаватели, судя по их помятому внешнему виду, совсем не спали. Ночью я просыпалась несколько раз и видела в окне отсветы фонарей, блуждающих в зарослях. Они обыскали остров вдоль и поперёк, никого не нашли и, ожидаемо, пришли к выводу, что девушка сбежала каким-то образом на материк, но не понимали, каким образом ей это удалось провернуть и зачем.
Зейн Тан выполнил свое недавнее обещание. Он устроил нам до одурения тяжёлое и трудоёмкое, но весьма результативное практическое занятие. Войдя в аудиторию, ученики во всех красках почувствовали на себе последствия предыдущего занятия. Нашей тройке было гораздо хуже: дополнительный час отработки заклинаний с Динтом прибавил нам непередаваемых ощущений. Аудитория начала напоминать приемную лекаря, заполненную несчастными больными. Ломота в костях усилилась, боль игнорировать ее уже не выходило. Однако черствый преподаватель и не подумал проявить ни капли сочувствия. Он выдал нам задание повторить манипуляции со стеклянными фигурками, игнорируя наши причитания и несчастный вид. Как ни странно, но спустя минут десять после начала занятия самочувствие наше понемногу улучшилось. Ученики вздохнули с заметным облегчением. Однако, видимо, кто-то из учеников переусердствовал, а может, это было коллективное творчество. Внезапно по полу пробежали всполохи магии, и дверь аудитории превратилась в стеклянную и прозрачную, а затем с мягким плеском ухнула вниз и растеклась по коридору лужей. Проходивший в этот момент мимо аудитории Шеп Нир в обнимку со стопкой книг, шарахнулся в сторону и застыл, широко распахнув глаза, пялясь на лужу, бывшую всего-то секунду назад крепкой деревянной дверью. Понял, что произошло, поправил очки, понимающе хмыкнул, кивнул Зейну и скрылся из виду.