Мир сотканный из сновидений охраняет от монстров Затерянного острова древнее заклинание защиты, и сновидение — черепаха. Но защита начинает рушиться, а в городах множится нечисть.Шанира Тени отправляется в жуткую школу на острове вместе с мальчишкой соседом Мирном Шарном, не подозревая, что ждёт их впереди....
Я сидела на причале, болтая ногами над водами моря Забытых сновидений, дрожа от холода. Старенькие ботинки с развязанными шнурками и растянутая вязаная кофта не спасали от промозглого холода, пробирающего до самых костей. Ветер дул яростно, студеный, пропахший солью и приближающейся грозой. Волны с тихим плеском бились о каменные сваи, позеленевшие от времени и воды. Звук успокаивал, а в моей голове крутились обрывки видений: неуловимые, зыбкие истории без начала и конца. Сны жителей нашего мира наполняли подобием жизни мрачные глубины моря. В нем плавали наряду с обычными рыбами и водорослями диковинные города, леса, земли, фантастические птицы, звери и лихие приключения. Самые старые сны опускались на дно, смешиваясь с придонным илом.
Большинству местного населения, проживающего в городе Кьярн, не нравились эти видения, поэтому они запасались специальными амулетами — немалая часть из которых работала из рук вон плохо, — или старались как можно реже подходить близко к побережью; за черту города сны не проникали. Я, напротив, приходила сюда в любую свободную минуту. Закрывала глаза, а в моей голове крутились сны, я словно наяву проживала отголоски чужих жизней, ощущая эмоции, не имеющие ко мне никакого отношения, и восхищалась плодами воображения и подсознания других людей. Иногда попадались сюжеты неприятные и откровенно жуткие; в этом случае я тут же поднималась и уходила с причала — мне вполне хватало и собственных кошмаров, частенько мучивших меня по ночам, а ведь и они со временем попадали в море сновидений, получая иллюзорную возможность существования.
Из грёз наяву меня выдернула резкая боль, и я с горьким вздохом потерла разбитую коленку. Ушиб саднил, но пока что не очень-то сильно, а вот завтра непременно буду хромать. Эх! Как я могла забыть о плохо прибитой доске в самом начале деревянного причала? Рассеянностью я вообще-то частенько страдаю, но до сего дня о доске помнила. Но я так спешила на причал, что обо всём позабыла, зацепилась носком тяжёлого ботинка и рухнула на причал, как распоследняя дурочка. Дома ждёт нагоняй, тётка обожает ныть по любому поводу. А я, как назло, постоянно подкидываю ей причины. Не нарочно, естественно! Меня, честно говоря, нечасто посещает желание её доводить. Просто координация иногда даёт сбой (скорее всего, это происходит из-за скорости моего подросткового роста и непреодолимой силы притяжения). Получай я шант за каждое её нытьё, давно бы прикупила себе тёплую одежду и перестала бы мёрзнуть, как скользкая рыбина на дне моря. Шмыгнула носом и натянула почти до самых бровей вязаную тонкую шапку, обняла себя за плечи. Не сказать, что мне стало теплее, но уйти сейчас я не могла! Это может быть мой последний шанс! Если тётка не передумает (вероятность этого я оценивала как нулевую), то завтра я отправлюсь в школу. На полный пансион! Нет, вы не подумайте, я была рада убраться из опостылевшего дома дражайшей родственницы, где я провела худшие два года своей недолгой жизни. Но будущее в жуткой-прежуткой школе всё равно пугало до потери сознания. Слухи о ней ходили преотвратительные. Мальчишка, живущий по соседству, каким-то образом узнал, куда я отправлюсь, и извёл меня до полусмерти за последние десять дней, постоянно таскаясь за мной по пятам и болтая не затыкаясь! Бу-бу-бу! Там злобные преподаватели, сырые комнаты, призраки, крысы, подвалы, ученики пропадают без следа. Ох, откуда только такая осведомлённость? Этот вопрос я ему задавала раз эдак семьсот, но он постоянно делал вид, что меня не расслышал, чем выводил из себя ещё больше.
Завтра ранним утром я уеду из Кьярна. Отчасти смирившись с неизбежным, я умудрилась утром увернуться от новой встречи с мальчишкой и зашла попрощаться со старичком-соседом, но вряд ли он обратил на меня внимание, вновь погрузившись в свои воображаемые миры. Я познакомилась с ним на следующий день по приезде в дом к тётке. Помогла донести пакеты из лавки, и с тех пор частенько забегала к нему, чтобы найти утерянные очки под завалами в кабинете, напомнить о еде или достать нужную книгу для работы с верхней полки шкафа. Я читала запоем, выбирая книги наугад, в его старенькой библиотеке: о морских приключениях, а также путевые заметки хозяина дома. Старичок — Вайд Ерт — был когда-то одним из ведущих исследователей вулканов и теперь писал объёмистый научный трактат. На мой вопрос о школе, он лишь отмахнулся и сказал, что она хоть и несколько необычная, но совершенно не страшная, и снова уткнулся в свои записи.