— А вы, пянь-цзян, подались в сводни? Устраиваете своему господину постельные битвы?
К горлу вэйского вояки синий веер был приставлен под таким углом, что Юаню потребовалось бы лишь кистью слегка шевельнуть, чтобы сразить наповал.
— Угрожаешь? Мне?
— А тут кто-то еще есть? — деланно изумился шаман. — Ты ж сам сказал, что папаша мой кровный чужие жизни ценит дешевле тени от зонтика. Он с генералом Хоу полюбовно договорится еще до того момента, как твоё тело в гроб положат. Отойди тихонько в сторонку, господин Юэ, и не делай глупостей.
Тот криво ухмыльнулся и не стал сопротивляться. Про этот синий веер по Цзянькану уже ходили разные слухи. И что смерть от него мучительна, и он не просто убивает тело, но и расщепляет душу. Может и сказка, но на себе проверять никому не хотелось, даже бравому вояке. И ещё с такими бешеными глазами, как у шамана, не шутят и попусту не угрожают.
— Ты ж собирался слать весточку генералу, нет? Так вперёд! — прикрикнул медиум и добавил уже шёпотом. — Заодно передай, что на этот раз этот раз жилы из него буду тянуть я и по живому.
Достойного ответа, кроме грязного ругательства, у помощника Юэ не нашлось, и он поспешил скрыться из виду.
Несмотря на холод, волосы у Чжу Юаня взмокли от пота, глаза лихорадочно горели, а веер в руках дрожал, как листочек гинкго на ветру. Зловещее зрелище. Даже императорские солдаты обходили стороной их парочку — шамана и его ушастого помощника.
— Дело тут нечисто, Ли Имэй, — процедил Юань сквозь зубы.
— Да, неужели! Правда? — всплеснула руками девушка.
— Это что было, сарказм?
— Он самый, старший ученик Чжу. Ты только сейчас понял, насколько нечисто это дело? О!
— Можешь смеяться сколько хочешь, но… — шаман вдруг сделал страшные глаза и с размаху шлепнул Имэй по щеке, звонко, но не больно. — Ты — самое тупое и бестолковое создание! Тысячу раз говорил тебе: проверяй коробку перед выходом, проверяй внимательно!
— Простите, мой господин, я просто забыл, — захныкала она.
— А голову свою ты нигде не пробовал забыть?!
К ним, как большая тяжелогружёная грехами и преступлениями баржа, подплыл Первый министр в сопровождении евнуха Ю и целой толпы чиновников высоких рангов.
Юань с Имэй незамедлительно пали ниц. Мастер всегда говорил, что лишней вежливости не бывает, лишний поклон спину не переломит, а по-настоящему сильного — не унизит.
— Сей молодой человек, ученик Мастера Дон Сина, обнаружил злонамеренное чародейство, совершенное по наущению Наследного принца! — торжественно объявил сян-го.
Подхалимы тут же загомонили, наперебой предлагая наградить талантливого юношу представлением императорскому трону. Сян-го разливался иволгой, расхваливая достоинства Юаня, делая особый упор на свой собственный талант находить удивительных людей, а заодно и на связи в самых разных слоях общества. Даже среди Мастеров школ!
— Это дело будущего, — важно кивнул Чжу И. — Как только закончится траур по Драгоценной Наложнице Дин, я дам пир в своём доме в честь ученика и его наставника. Великая Лян полна талантами и праведниками, ибо благословенна правлением истинного Сына Неба.
— Наконец-то душа благородной гуйфэй обретёт покой, — подал голос кто-то из сановников. — Положенный срок уже на исходе.
Дальше Имэй уже не слушала. Первый министр ни разу не назвал Юаня своим сыном, а ведь возможность для этого представилась идеальная. Пир же, который столь щедро посулил сян-го, событие из отдалённого будущего, которое может и не наступить никогда.
— И это всё?
Имэй поверить не могла, что люди господина У, способные, по его словам, добыть жемчужину у дракона, так спокойно расписались в собственном бессилии.
— Барышня, вы меня обижаете, — тихо возмутился кособокий агент. — Мы выяснили всё, что есть по служанке, больше знают только боги.
— Ни настоящего имени, ни откуда родом, ни где она сейчас?
— Так точно. Взяли её в начале лета, за взятку старшему писарю в
— Что писарь говорит?
— Жадность свою клянёт последними словами. Выгнали его из дворца за это дело.
— Только выгнали? Без наказания?
— Говорит, даже палок не всыпали, так торопились замять дело. Повезло гадёнышу, да.
— Описание внешности добыли?
Агент с поклоном отдал два листка бумаги: на одном — рисованный портрет искомой особы, на другом — её же словесное описание.
— Рост девка по имени ЯнШу имеет средний, лицо круглое, щекастое, глаза тёмные, волосы черные и длинные (три локтя), — прочитала вслух Имэй и обречённо вздохнула — Таких девушек в Поднебесной каждая первая, включая меня.
— Вы, барышня, отличаетесь, — весьма живо возразил агент. — Страшненькая маленько, а потому внешность ваша очень даже запоминающаяся. Уж простите за прямоту.
— Ну, спасибо, дяденька, — хмыкнула стратег Ли. Она и не думала обижаться на правду.
