Когда бежишь в темноте по черепице, а за тобой гонятся черные клыкасто-когтистые твари, главное — ни о чем не думать. Вообще ни о чем. Держать в мыслях только цель — наружную стену дворца. Только вперед!
— Осторожнее! — крикнул Юань, напрягая каждую мышцу своего жилистого тела для очередного прыжка.
Ух! Имэй снова поразилась духовной и телесной силе Чжу Юаня. Чтобы суметь поднять в воздух не только себя, но и в довесок кого-то еще, надо не просто уметь концентрировать энергию, но и сначала накопить её приличное количество. Шаман, должно быть, все свободное время проводил в медитациях.
Впереди замаячила цепочка огней: горящие факелы на стене дворца. Еще одно непростое препятствие!
На бегу Имэй вытащила сразу два талисмана — «Тридцать Три Удара» и «Каплю Воды в водопаде». За пять шагов до конца конька она швырнула их перед собой, чтобы словить ладонями, одним шлепком создав и ловчую сферу для бестий, и «зеркало», прыгнув в которое вместе с Юанем, они станут почти невидимками. Совсем ненадолго, но этого хватит, чтобы дворцовые стражи не засекли дерзких беглецов, пролетающих над головами.
Пальцы напарника впились под ребра как стальные клещи. От боли Ли Имэй зажмурилась, а из-под век брызнули слезы, отчего едва не свалилась с крыши чьего-то дома, на которую они с Юанем удачно перепрыгнули.
Призрачных бестий дворцовая стена тоже не остановила, и они почти сразу же очутились рядом. Но теперь шаман мог драться, не опасаясь оскорбить Императора. Бирюзово-синяя волна от первого взмаха веером распорола рвущийся вперед призрачный авангард. Клочья тьмы полыхнули алым и растаяли без следа. А Юань кувыркнулся через голову, взмыл в ночное небо и ударил еще пару раз — крест-накрест.
Будь у Ли Имэй хоть какое-то оружие, она бы встала спиной к спине соратника и вместе они хотя бы попытались принять бой.
— Бежим! — крикнула она, увлекая за собой медиума.
Это была самая простая, но и самая надежная тактика, когда силы чрезмерно неравны. Растянуть строй преследователей, чтобы убивать по одиночке тех, кто вырвется вперед. Юань ловкий, он способен на бегу крутануться вокруг своей оси и чиркнуть веером по ближайшей бестии.
— К стене! — прокричал он в спину несущейся впереди девушке.
Ага! А вот то, что нужно! Высоченный забор чьего-то поместья подойдет.
Имэй быстро присела, подкинула очередной, четвертый по счету листочек, активируя заклинание хлопком ладонями. Серебряные искры образовали идеальную сферу, в которой мигом увязли бестии. Шаман же, точно тигр, прыгнул вперед, оттолкнулся от каменного забора ногами и полетел назад, навстречу чудовищам, кромсая их веером направо-налево.
Когда он снова приземлился на ноги в низкую стойку, пригодную как для новой атаки, так и для бегства, у них оставалось еще десять ударов сердца до окончания действия заклинания.
Этот трюк они с Юанем повторили еще трижды, изрядно проредив число врагов. Что правда, то правда, бестий стало меньше, уже не туча, а небольшое такое облако. Как раз хватит, чтобы разорвать двух старших учеников в мелкие клочки.
Имэй снова нашла подходящее место для обороны — в глухом углу между двумя домами: то ли складами, то ли задниками закрытых на ночь лавок.
— Держись, сестра Ли, — успел сказать Юань прежде, чем его со всех сторон атаковала нечисть.
Глядя, как шаман сражается, можно было подумать, что он вообще не знает, что такое усталость. Несмотря на множество ран, оставленных когтями и зубами исчадий, он держался молодцом. Но кому как не Имэй знать, сколько благодати расходуется на эту нечеловеческую ловкость и неутомимость.
Ей тоже досталось. Бестия вырвала клок из волос и чиркнула острым клыком по плечу, когда девушка закрылась рукой.
— Я сейчас уведу их подальше! — крикнул Чжу Юань. — А ты… ты беги!
Но никуда Имэй не побежала. Даже если бы хотела, все равно не смогла бы уже. Огромная глыба полнейшей тьмы уже нацелилась на неё, раззявила пасть и облизнулась всеми четырьмя змеиными раздвоенными языками и прыгнула, выставив вперед когти…
В лицо зажмурившейся Ли Имэй коротко дохнуло жаром. Когда же она снова открыла глаза, то увидела, как бестии одна за другой вспыхивают и исчезают от попадания золотых, лучащихся магией стрел.
— Сяо Чу! — взвизгнула от радости Имэй.
Лучник не терял времени даром, перебегая или перепрыгивая с места на место, он без остановки вел прицельную стрельбу. Его левая пустая глазница сияла, как полуденное солнце. Сяо Чу снял свою повязку, а значит, видел призрачных бестий так, словно они были из плоти и крови, а на дворе — ясный день. И ни одна из его жертв не смогла бы увернуться от стрелы. А тех бестий, кто еще уцелел, настигал меч в руке девушки в темной мужской одежде. Она вертелась стальным вихрем, отгоняя чудовищ подальше от выдохшегося шамана, который уже и на ногах стоять не мог.
— Ван ГоЭр, а ты что тут делаешь?
Юань спешно утерся полой шеньи от крови, заливающей глаза, не поверив им.
— Суп варю, не видишь! — огрызнулась охотница на демонов. — Брат Чу, надо добить их всех!
— Ща! — весело откликнулся стрелок.
