— Логика, обыкновенная логика. То, до чего не додумался Енот, я узнаю, просто делая выводы. Енот умен. Но он, во-первых, не человек, а значит, не до конца понимает их поступки, а во-вторых, Енот еще молод. И привык все усложнять. Ты ведь знаешь, что рвется там, где тонко? Это очень удобно. Хочешь что-то разрушить, начни с самого уязвимого места.
— И все равно я не понимаю…
Рэй строго на меня взглянул:
— А я еще и не закончил. Если торопишься — не держу.
— Нет. Простите.
Удовлетворенно кивнув и устроившись на стуле удобнее, он продолжил:
— Если тебе предстоит биться с группой сильных магов — найди слабое место самого сильного из них. Ударь — и группа распадется.
— Дайна, — догадалась я.
— Это история. То, что вы называете исходными данными. А теперь перенеси это на нынешнюю ситуацию и героев.
— Кто у нас самое слабое место самого сильного? — спросила я саму себя. — Самый сильный у нас Енот… не знаю, какие у него слабые места…
Осеклась, потому что Рэй недовольно закатил глаза.
— Хлоя? — новое предположение ему тоже не слишком-то понравилось.
От сквозняка захлопнулась дверь, я подскочила и невольно бросила взгляд в окно: не вернулись ли алионы.
— Я, — пришлось признать очевидное. — И кто мое слабое место? Джилл… Или Джер? Я видела Дайну, она говорила о нем, но я не поняла, что это значит, но как Джер может быть моим слабым местом? И чем я так опасна Роману? Не понимаю.
— Ну, не понимаешь, так и не понимай, пришла-то зачем? Я все сказал.
— Как он доберется до Джера? И что сделает, похитит, чтобы шантажировать?
— Ты очень глупая странница. — Рэй скривился. — Либо очень наивная. Роман не доберется до Джера. Он уже до него добрался. От этого парня за версту веет тем же проклятьем, что несло от Дайны, и ни один из идиотов, провозгласивших себя преподавателями вашей новой убогой школы этого не замечает.
Я так и села на свободный стул, пораженная словами Рэя. О проклятье, да и вообще о том, что на Джера попытаются воздействовать магически, я не подумала. Вообще магия в моих мыслях почти не мелькала, не привыкла я к существованию еще одной силы.
— Он влюблен в Лиру. Нет, бред, он не влюблен в нее! Он развлекается, но не влюблен!
— А Дайна, по-твоему, обводила имя Романа сердечком? — хмыкнул Рэй. — Это же не приворот старшекурсниц.
— Лира работает с Романом. Дочка мэра… да как с ним покончить-то?!
— Что в кармане? — вдруг спросил Рэй.
— Гогглы…
— Пришла, чтобы врать? — снова напомнил старик. — Девочка, в старости есть несомненный плюс: о тебе стараются забыть. Я не жажду общения, а значит, еще пара минут — и выставлю тебя вон. Мне, в общем-то, плевать, что Роман с нами сделает. Свое я уже отжил, а за других волноваться — не хватит здоровья, его и так нет. Показывай.
Я протянула ему блокнот с единственной страничкой, но Рэй даже не взял его в руки. В глазах мелькнуло понимание, и он кивнул, велев снова убрать его.
— Прибереги до лучших времен. Это блокнот Джера.
— И что он туда писал?
— Ты сюда с чем попала? — вопросом на вопрос ответил старик.
— С карандашом.
— Ну, а он с блокнотом. Вы оба писатели, похоже, обычно все с кисточками лезут. Художников развелось, ступить некуда, тьфу. Хорошо хоть писателей закидывает не совсем тупых, а то если бы вы еще запятые путали, я бы до старости не дожил.
— Он оставил его в школе. Значит, хотел остаться здесь?
Старик долго молчал, явно размышляя, что сказать. Я чувствовала неясное беспокойство, но никак не могла понять, с чем оно связано. Словно предчувствие… да уже от того, что Джер оказался под проклятием в пору было бежать в школу, а я тут сидела и слушала старика, впавшего в маразм.
— У каждого странника свой путь. Количество миров, которые он должен посетить. У Джера их два. Первый — наш, второй… о втором он и сам еще ничего не знает, но именно его символизирует пустая страница. Джеральд полагает, что, выбросив блокнот, избавит себя от необходимости снова уходить, однако странника к порталу приводит судьба, а той плевать, каким именно образом подкинуть путешествие.
— Он боится, что ему придется уйти и бросить все, что осталось.
— Да нет, Джеральд боится не нового мира, а того, что будет после. А после, девочка, ему придется выбирать, где остаться жить. Жалкая привилегия странника: после того как тебя помотает по мирам, можешь выбрать, где сдохнуть. Представляешь, что для Хейла значит выбирать между старым миром и новым? Он слабак, а слабаки не умеют делать выбор.
— Он не слабак, — тихо возразила я.
— Ну, вот и катись к нему, спасай, — хмыкнул Рэй.
— Знаете, в моем мире вы бы идеально вписались в очередь на почте, — буркнула я, за несколько секунд выскочила на улицу и глубоко вдохнула свежий ночной воздух.
Было непривычно видеть город без опостылевшего тумана. Народ тоже не спешил радоваться переменам, на улицах почти никого не было, и это производило гнетущее впечатление. Ни стражи, ни прохожих. Когда все скрыто туманом это не так бросается в глаза.
