Наступило утро. Прошла первая неделя учебы в средней школе стражей. Мы постепенно входили в непривычный ритм учебы. Сложней всего пришлось Эри. Нагрузку ей давали сразу большую, и она проводила за учебниками дни на пролет. Практических занятий у нее было мало, зато она то и дело бегала в библиотеку и приносила оттуда новые стопки книг.
Наша соседка Гия оказалась молчаливой и необщительной девушкой. Казалось, она только приходит в комнату спать. Эри говорила, что она часто видит ее в столовой, да я пару раз сталкивалась с ней в библиотеке. Она не стала возражать против вторжения в нашу комнату братьев и Шира с Елем, и мальчишки после учебы приходили к нам, чтобы вместе сделать домашнее задание.
В первую неделю мы познакомились со своими учителями по стихиям. Было небольшое затруднение, когда оказалось, что я владею всеми четырьмя и у меня заключено с ними союзничество. Учителя наперебой требовали, чтобы я выбрала основной класс по одной из стихий, и каждый считал, что именно его стихия наиболее важна. Дело дошло до директора, и мне вписали дополнительно три урока на время проверочных недель. Кажется, учителя решили доказать друг другу, что именно их стихия главная в моем магическом даре, и гоняли меня на своих уроках, усложняя каждый раз задания.
Уроков по боевке у нас оказалось не так много, зато были уроки травоведения и бестиарий по классификации нечисти. Мы демонстрировали знания, получали задания на создание рефератов и докладов. Казалось, после этого мы могли отдыхать, вот только притирки в классе тоже проходили ежедневно, и после уроков все дружной толпой шли на плац, выяснять отношения.
Спустя три дня, мне и моим братьям больше не за чем было туда ходить. Несколько боев убедили учащихся, что бой на экзамене не был постановочным, и что мы серьезные соперники. И лучше с нами не связываться. А вот Шир, казалось, там стал постоянным участником разборок, и хоть двуликий с восторгом встречал каждый вызов, мы всегда сопровождали его и следили, чтобы спарринги проходили по правилам.
Разрозненность и, порой, вызывающая грубость одноклассников мне не очень нравилась. Им было трудно смириться, что девчонка учится с ними наравне, и поэтому старались хотя бы своим поведением продемонстрировать превосходство надо мной. После чего мои братья и Ель с Широм вызывали таких грубиянов и доказывали, что быть вежливым – это даже очень хорошо. Особенно, если хочешь иметь целые руки и ноги.
Я не мешала ребятам развлекаться, с удовольствием отмечая, что с каждым днем грубости в классе все меньше, а заинтересованных глаз все больше. Видя, как я помогаю Елю и Ширу с домашними заданиями, ко мне стали подходить и одноклассники с вежливыми просьбами помочь, я не отказывала и даже привела несколько комнат одноклассников в порядок. Что не укрылось от тэра Карлоса, и тот то же начал подходить с просьбами о ремонте. Отказывать куратору общежития себе дороже, и я, несмотря на занятость, всегда откликалась на его просьбы, за что получила разрешение хранить в комнате припасы и даже готовить.
Каждый день я получала письма от наших бывших одноклассников. Они писали, как устроились и как начинают обживаться на новом месте. Используя самописцы, всегда им отвечала, делясь нашими новостями. От Мая новостей пока не было, но дух мира говорил, что с ним все в порядке, и он с родителями направляется домой.
Сегодня в средней школе у первоклашек был официальный выходной. Эри и Гия отсыпались, а я, по привычке проснувшись рано, работала над чистыми камнями, загружая в них информацию с учебников Эри. За одну неделю она стала походить на зомби. От недосыпа у нее выступили черные круги под глазами, и лицо приобрело бледный оттенок. Порой она вскакивала по ночам, потому что боялась, что что-то забыла, и садилась проверять выученный материал. В последние дни я уже стала наводить ей сонный морок, так как казалось, она совсем перестанет спать.
Шир очень переживал за нее, Тихо бесился, что не может ей помочь, из-за чего его кусачий нрав срывался на одноклассников, и были новые походы на плац. От Эри это скрывалось, так как не хотели, чтоб она еще за этого лохматого волновалась.
Нежно замерцав, передо мной проявилось белесое облако, в котором отразилась физиономия парня. Глупо улыбаясь, он стал посылать мне воздушные поцелуи. Они вылетали розовым безобразием, и сердечками разлетались по комнате.
Я только устало покачала головой. Все обвиняли девчонок в охоте за мужьями, не предупредив, что со стороны парней это будет выглядеть тотальным преследованием. Первые дни, получая такие послания, я еще пыталась объяснить, что не заинтересована в отношениях и пришла сюда учиться. Меня игнорировали. Послания парней стали уже реально досаждать. Со многими из них стали общаться братья, но количество таких посланий не уменьшилось.
