Как Саша не старалась, но смотреть в телефон по пути к месту назначения не могла. Укачивало ещё сильнее. Тут уж и его новизна не спасала.
Лишь по прибытии на место, пока взрослые мариновали мясо, мыли стопки и разводили костер, Саша наконец осталась со смартфоном наедине. Ей предстояла очень важная вещь – отправить всем свой новый номер телефона, авторизоваться в социальных сетях, найти обои (в интернете!), установить мелодию сигнала… сколько ж важных дел-то!
Ну а пока Саша разбиралась со своими делами, Кира думала.
Ей удалось отмазаться от похода за продуктами, притворившись, что болит голова сразу после того, как они с бабушкой вернулись из школы.
«Можно стащить ключи. Отнести их в мастерскую, чтобы сделали дубликат… но вдруг поймают, или это длительная процедура, и закончат в понедельник? Тогда мне кранты.
Еще вариант – сделать слепок. Я часто такое видела в фильмах… тьфу, ерунда какая. Фильмы на то и фильмы…
Хм… дубликаты! У всех ключей есть дубликаты! На всякий случай! Но вдруг они у завуча? А если б срочно нужно было, бабушка бы вызванивала ее? У нас точно есть дубликат. Но где?»
Девочка пулей выбежала из комнаты, направляясь в бабушкину.
«Как нехорошо, – думала она, перебирая каждую шкатулку, каждый мешочек в её вещах, – но как без ключей мы сможем осмотреть часы? Там же проходной двор!»
Вскоре Кира решила передохнуть. Плюхнулась на кровать со словами:
– Это невозможно!
Телефон в кармане завибрировал, безумно напугав девочку. Но это всего лишь сообщение от Саши:
«Привет (:
У меня теперь новый номер – этот. Старого больше нет. Мама купила смартфон, с интернетом! Так что я всегда на связи!»
– Не сдаваться! – прошептала себе Кира, заглядывая под бабушкину кровать.
Новая любовь Вити, лучшего друга Ромы, оказалась достаточно экстравагантной женщиной по имени Вера. С неоднозначной работой – эксперт-криминалист. В её обязанности входят: выезд на место преступления, фотосъемка, изъятие улик, осмотр тела убитого, предположительная установка причины смерти и орудия убийства. Разумеется, у такого человека вагон и тележка специфических историй. Их как бы не стоит рассказывать за едой, но после пары стопок водки…
Саша слушала с интересом, задавала вопросы:
– А давно вы работаете?
– Почти пятнадцать лет, – с гордостью заявила Вера.
– И всё время в этом городе?
– Да, – делая большой глоток пива, кивнула женщина.
– Может, здесь орудовал когда-нибудь серийный маньяк? – с надеждой спросила девочка.
– Саша… – мама возмущенно посмотрела на дочь.
А Саша всего-то хотела собрать побольше самых кровожадных историй, чтобы потом рассказать друзьям. «По-любому никто из них не владеет такой информацией. Мила вообще описается от страха! Ещё и с Егором будет что обсудить!»
– Знаешь… – как ни в чем не бывало протянула женщина.
Она разговаривала странно, будто бы находясь в другом пространстве, где всё происходит в замедленной съемки. Её движения неторопливы, слова растянуты и произносимые с небольшой задержкой. «Забавный факт – дома женщина держит улиток. Совпадение ли?» – думала про себя Саша.
– Как я уже рассказывала, обычно вызывают на несчастные случаи, нетрезвые семейные разборки. Сейчас подумаю, – Вера замерла.
Саша чуть со смеху не покатилась, еле сдерживая смешок за плотно сжатыми губами. Женщину словно кто-то поставил на паузу. Или она просто заснула.
Спустя минуты три Вера медленно разлепила один глаз:
– Знаешь, серийников не припомню. Но! – слишком громко, девочка вздрогнула. – Самое страшное кроется не в них, а в вызовах на детскую смерть…
Пожалуй, за пятнадцать лет карьеры, с довеском в виде университета и разных практик, Вера выработала абсолютное безразличное спокойствие к смерти. Она есть. От нее не скрыться. Смерть – это единственное, с чем встретиться каждый из живущих на земле. Обязательно и непременно. Так какой же смысл бояться неизбежности? Лучше принять её с достоинством в свой положенный срок. Но детская смерь… это то, что всё ещё пробуждало притупившиеся эмоции женщины. Поэтому она не имела детей и никогда их не хотела.
В голове у Веры пронеслись жуткие кадры, когда-то запечатленные ею на камеру, и завсегдатый вопрос всплыл в голове. А точно ли несчастный случай? Всегда есть вероятность, что что-то было упущено…
Сашу осенило! С жутким нетерпением она произнесла суперважный для их компании вопрос:
– Моя подруга недавно переехала в один дом… Говорят, там жил мальчик, старшеклассник. Дело было в 2003 году. Он вроде как пропал. Подругу очень беспокоит вопрос – жив он или нет…
Вера озадаченно посмотрела на девочку. 2003 год прошел далеко не вчера, как бы упомнить всех… «Мальчик. Хм-м-м. Припоминаю или нет?»
– Кажется, поступал вызов. Или это был другой год… не вспомню, – Вера воспроизвела в голове картинку… сына одного покойного кадровика милиции выловили из местного пруда спустя несколько месяцев после смерти… – не могу утверждать, что именно о нем идет речь, но в 2003 году был утонувший ребенок.
– Несчастный случай? – Саше уже быстрее хотелось отправить Миле сообщение.
– Официально заключение так гласит, да.
