— Даже более чем. Дети, запомните этот знак... — Сейлина изобразила на доске что-то вроде перечеркнутой буквы «Экс», чьи нижние штрихи были соединены чертой. При этом она умышленно не соединила некоторые штрихи, не дав Силе Знака Зовом встряхнуть Нереальность. — Если вы увидите его где-либо — бегите оттуда, бегите быстро, зигзагами и не оглядывайтесь, а если умеете — то аппарируйте, желательно — несколько раз, чтобы вас было труднее засечь.
— А что это за знак, профессор? — Разумеется, мои вассалы опознали символ, который я им показывал неоднократно, причем — не так, как изображала его Сейлина, а в полном, рабочем варианте. Так что с очередным вопросом вылезла Сьюзан.
— Это — проклятый знак Бога Крови. Его последователям все равно, кого убивать, и чьими черепами украшать Трон Черепов.
— И именно такой знак... — Миа смотрит на меня встревожено. Я уже рассказал ей, что являюсь Провозвестником Меняющего Пути, так что появление одного из Чемпионов Владыки Битв ее пугает. Жаль, но пока что я не могу открыться ей полностью. Но это время обязательно настанет, и между нами не будет тайн.
— Да, мисс Грейнджер. Мундунгуса Флетчера принесли в жертву Кровавому богу. Его кровь на мгновение утолила неутолимую жажду Жаждущего крови, его череп — стал украшением для Трона Черепов, его душа... она будет вечно страдать во владениях Владыки Войны...
Насчет «страдать» — это Сейлина загнула... В отличие от «Дедушки», как частенько называют Господина Рабов, Повелитель Крови не получает удовольствия от страданий. Так что Мундунгусу светит разве что вечная пахота в оружейных заводах Кольца Погибели. Впрочем, при его образе жизни, и «непреодолимому отвращению ко всякого рода труду» это вполне сойдет за страшную и изысканную пытку.
— Но... почему именно мистер Флетчер? Его, судя по тому, что написано в «Ежедневном пророке» сложно назвать сильным бойцом, способным привлечь внимание Владыки битв?
— Зато его проще было выманить в пустынное место и провести жертвоприношение без проблем.
— Госпожа профессор, но ведь такое поведение, судя по Вашим лекциям, более характерно для адептов Архитектора Судеб. С Чемпиона Трона Черепов сталось бы прирезать жертву прямо на глазах у сотни свидетелей и сразу вступить в бой с аврорами. Ведь ритуалы поклонения Богу Крови не отличаются сложностью?
— В твоих рассуждениях есть рациональное зерно. Но, одно я могу сказать точно: убивал адепт Трона Черепов. Более того — проводимый ритуал привлек внимание Владыки Битв. Его ужасной силой там просто смердело.
Все присутствующие на уроке смотрели на Миа с ужасом и удивлением. Хотя, что удивительного они нашли в том, что Гермиона Грейнджер выкопала в библиотеке все возможные и невозможные сведения для подготовки к уроку?
Я же тихо улыбался про себя. Лекция Сейлины ярко обличала ее как последовательницу Госпожи Запретных наслаждений в его вечной вражде с Троном Черепов. Мои же отношения с Господином Битв всегда находились на более приемлемом уровне. Как командир отряда наемников, я принимал участие во множестве разного масштаба богослужений в честь Бога Крови*, в число которых попало и несколько просто-таки грандиозных.
/*Прим. автора: разумеется, Морион имеет в виду сражения. Поскольку любое кровопролитие есть священная церемония во славу Бога Крови, каким бы богам не посвящали себя его участники*/
— Так. А теперь, когда мы обсудили все наболевшие вопросы... — Сейлина прохаживается между партами наблюдая за реакцией обучаемых, — ... все отложили палочки и приготовились. Приступаем к практической части сегодняшнего урока.
Осень все увереннее вступала в свои права. Неумолимо приближался Хеллоуин. В поведении Рона я наблюдала все больше и больше странностей. Он бродил какой-то потерянный, частенько записывал что-то в отобранном у меня дневнике, а потом смотрел в него с таким видом, как будто там появляются некие откровения свыше. А однажды я увидела нечто совсем странное: Рон, взъерошенный и обозленный, бродил возле туалета Плаксы Миртл, и бормотал себе под нос о том, что у него что-то не получается... И только с последним выкриком «ну и ладно, обойдусь и так!», Рон заметил меня. Как его перекосило! Волна эмоций охвативших моего брата... я никогда еще не чувствовала такого. Никогда! Да что же это с ним творится?
— Герми, а как ты думаешь: может, и вправду попробовать?
— Ты о чем? — Гарри и Гермиона завалились в гостиную Гриффиндора. Все перемазанные землей, но по уши довольные. Привычная боль кольнула мне грудь... но я справлюсь. Я обязательно привыкну!
— Да все о том же. Эта вспышка меня уже достала. А так — будет хоть пользу приносить!
А! Понятно. Они все еще продолжают обсуждать случай с Колином. Тогда Нотт высказал предположение, что Гарри собирается продавать свои фотографии с автографом... и Гарри загорелся этой идеей. До сих пор только здравомыслие Гермионы удерживало эту идею от воплощения в жизнь. Вот и сейчас она нашла с десяток аргументов «против», главным из которых было «не уподобляйся Локхарту!»
